Шрифт:
— Хорошо, — отозвался я, — спасибо. Пожалуй, это у нас сработает.
— А о нашей проблеме с Монторри ты позаботишься?
— С Краем Четыре ты уже обо всем договорилась?
— Пока работаю.
— Дашь мне знать.
— Ладно. Ты где будешь?
Я указал на стол, где оставалось еще более чем достаточно еды.
— Пока что — прямо здесь. У меня тут еще имеются дела.
14. ДЕНЬ 3 АКТ 3 СЦЕНА 1
Криниста: Вы когда — нибудь раньше бывали в крыле Иорича?
Кераасак: Никогда не нужно было.
Криниста: Вон там, может быть, это адвокат?
Кераасак: Выглядит молодым.
Криниста: Молодой, значит, голодный.
[обращаясь к Дювани]
Вы адвокат?
Дювани: Я был бы им, если…
Криниста: Если?
Дювани: Если бы у меня был клиент.
Криниста: Вы хотите клиента?
Дювани: Более всего на свете. Клиент и дело — будь оно гражданское статья или уголовное, имперский эдикт, статут или кодифицированная традиция, лишь бы это было нечто очень, очень сложное.
Кераасак: А будь у вас такое дело, что бы вы сделали?
Дювани: Что бы я сделал? Я скажу вам, что бы я сделал!
[Поет]:
Я б беседовал с клиентом, Обсуждая все моменты, Будь то ночью, утром или среди дня; И из самой снулой рыбы Информацию добыл бы, — Если б только было дело у меня. Ради будущих студентов Подбирал бы аргументы, Юридического полные огня, Чтоб достойным стать примером У судебного барьера… Если б только было дело у меня. Я бы пред жюри представил С соблюденьем строгих правил Все, что мы о деле знаем. Криниста [притворяясь адвокатом противной стороны]: Вы согласны? Дювани: Отклоняем! Чтобы зрители шумели, Я б свидетелям немедля Перекрестные допросы учинял; Я бы подвергал сомненью Все, что скажет обвиненье… Если б только было дело у меня. Я бы развернул законы, Устраняя все препоны, Обвиненье аргументами дразня, Чтобы с версией моею Даже спорить не хотели б — Если б только было дело у меня!Полчаса спустя я все еще находился там, попивая вино и упиваясь приятным чувством сытости, когда вернулась Вик.
— Так, — сказала она, — вот сделка. Мьюрит подумает, но она хочет получить у тебя кое — что взамен.
Я вздохнул.
— Ну естественно, хочет. Что же?
— Всю историю. Почему ты здесь, чего пытаешься достичь и как все это сопрягается вместе.
— Чертова атира.
Она хихикнула.
Я задумался. Поведать кому — нибудь, особенно задействованному в театральных делах, от кого я, собственно, прячусь — это риск. Большой риск. Насколько сильно мне нужна Мьюрит, чтобы пойти на такое?
Очень нужна. Без нее Дерагару не выжить. Ну, если я не предпочту учинить кровавое побоище, но даже и так гарантий не будет. Черт.
Интересно, а выдуманная история ее устроит? Она должна быть хорошей и интересной. Я задумался. Я не орка, конечно, но красиво соврать смогу, если надо. Не то чтобы я когда — нибудь врал вам, само собой.
Вот только вранье — это тоже риск, и как бы не большой.
«Босс, а может, с минутку подумаем о побоище?»
«Нет.»
— Ладно, — сказал я Вик, — побеседую с ней. Где она сейчас?
— Наверху, ругается с монтажниками насчет где разместить свет.
— Тогда подожду, наверное.
— Монтажники скажут тебе спасибо, если не станешь ждать.
— Хорошо.
Я поднялся и начал долгий подъем. Он совсем не казался таким уж долгим в прошлый раз, но тогда у меня не было полного желудка. Я также надеялся, что мне не придется сейчас защищаться. Лойош заметил, что если вдруг дойдет до насильственного решения вопросов, от него сейчас также толку немного, и посоветовал проявить тактичность.
Найти Мьюрит оказалось несложно: прямо впереди, на стропилах, она размахивала руками, вопрошая усталого вида валлисту, пробовал ли тот когда — нибудь управлять пятью лампами, между которыми по паре футов, из коридора в том краю театра. Я поспешил вперед, дабы отвлечь ее.
Влад Талтош, миротворец.
Ну вот, соврал.
— Прошу прощенья, — проговорил я.
Она остановилась посреди фразы, развернулась, зыркнула очами. Я вежливо улыбнулся.
Она сделала глубокий вдох, снова развернулась к рабочему и велела:
— Исправь.
Потом кивнула мне и зашалала прочь. Я так понял, что мне нужно последовать за ней, что я и сделал.
Мы прошли обратно к лестнице, по которой мне пришлось спуститься, она же просто левитировала, полагаю, выпендрежа для. Затем она повела меня из зала в лобби. Мне вдруг пришло в голову, что уже послезавтра тут будет целая толпа народу, и у меня аж в кишках екнуло.
Но я заставил себя сосредоточиться на деле.
Мьюрит повернулась ко мне.
— Что ж, я слушаю.