— Сочту за честь, полковник, — говорил тем временем Петтигрю.

— Сэр Уильям… — произнес полковник. Протягивая ему руку в белой перчатке, Элисса услышала негромкий звук щелкнувших каблуков. — Леди фон Ланген… — Он склонился с небрежной любезностью и прижал ее пальцы к своим губам. Сквозь тонкую материю Элисса почувствовала тепло его дыхания и ощутила, что ее охватило жаркое пламя.

— Го… господин полковник… — Элиссе потребовались вся воля, все навыки, которые передала ей мать, чтобы улыбнуться этому удивительно привлекательному мужчине, в то время как ей хотелось развернуться и бежать без оглядки. Полковник удерживал ее ладонь чуть дольше, чем следовало, и Элисса лишь надеялась, что он не заметит ее смущения.

— Я рад знакомству с вами, леди, хотя и удивлен, что мы до сих пор не встречались. — Чувственные губы полковника чуть заметно изогнулись. — В Лондоне, я хотел сказать. Вы ведь бывали в Лондоне со своим мужем?

Элисса послала ему короткую холодную улыбку.

— Видите ли, мой муж не слишком любил вращаться в обществе.

— Очень жаль, леди. — Дерзкие глаза полковника буквально пожирали Элиссу, изучая каждый изгиб ее тела. — Красивую женщину непозволительно прятать в деревенской глуши.

Элиссу снова бросило в жар. Господи, что с ней происходит? Стоявший перед ней человек был нахален и самонадеян, но стоило ему произнести лишь несколько слов своим низким, чуть хрипловатым голосом — и девушке показалось, что ноги вот-вот откажутся держать ее.

— В провинции не так уж плохо, — не без запальчивости отозвалась она. — Порой я искренне предпочитаю деревню городу.

Полковник посмотрел на нее с интересом, и Элисса вдруг сообразила, что не стоило этого говорить. Она должна играть светскую даму, склонную потакать своим прихотям, довольную возможностью расстаться с тоскливым существованием, а не застенчивую церковную мышку, которая прячется в глуши.

— Что ж, если вам нравится бывать на свежем воздухе, — сказал полковник, — то, может быть, вы не откажетесь прокатиться со мной завтра в карете? Я впервые в Бадене, вы могли бы познакомить меня с городом.

Элисса чувствовала на себе пытливый взгляд его зеленых глаз, которые, казалось, пронизывали ее насквозь.

— Я… вряд ли я смогу принять ваше приглашение. Я хочу сказать… — Она вздернула подбородок, усилием воли входя в свою роль. — Я лишь хотела сказать, полковник Кингсленд, что на завтра у меня иные планы. Как-нибудь в другой раз. — Она растянула губы в обольстительной улыбке и томно опустила ресницы, напустив на себя призывный вид, смягчая резкость слов.

Во взгляде полковника читалось легкое недоумение.

— Так и быть, в другой раз, — сказал он и, обменявшись с послом еще несколькими словами, распрощался, напоследок насмешливо улыбнувшись Элиссе и чуть заметно склонив голову. Он повернулся и зашагал к темноволосому офицеру в таком же бело-алом мундире.

— Интересный человек, — произнес сэр Уильям, провожая взглядом широкоплечую фигуру Уолвермонта, который протискивался сквозь толпу. — Храбрый рубака, настоящий герой. Он воевал в Нидерландах и Египте, был ранен в Индии. Говорят, в бою он не ведает страха. Его мать родом из Австрии, и он говорит по-немецки не хуже местных жителей. Послужной список вкупе с титулом и огромным состоянием сделали его идеальным кандидатом на должность офицера, обеспечивающего взаимодействие дипломатического корпуса и военных сил здесь, в Австрии.

— И давно он приехал? — Элисса пригубила шампанское, подумав, что должность полковника Кингсленда дает ему доступ ко множеству дипломатических и военных секретов.

— Он пробыл в стране чуть больше месяца, но до сегодняшнего вечера я с ним не встречался.

Всего месяц. Слишком малый срок, вряд ли это Ястреб. С другой стороны, шпиону было бы трудно добиться успеха без посторонней помощи. Сомнительно, чтобы красавец полковник оказался замешан в измене, но и отрицать такую возможность тоже нельзя. До сих пор только мать, подруга Габриэла и герцогиня Мароу знали, кто такая Элисса и каковы истинные причины ее приезда в Австрию. Она никому не верила, намереваясь и дальше сохранять инкогнито.

На следующий день Элисса отправилась на прогулку, но не с полковником. Она поехала в роскошной черной карете генерала Стейглера. Осмотрев достопримечательности Бадена, они остановились пообедать в уютной таверне.

Генерал расположился напротив Элиссы за столиком в углу.

— Вам не нравится еда? — спросил он. — Я закажу что-нибудь другое. — Генерал Стейглер был высок, худощав, с суровым лицом, острыми скулами и тонким заостренным носом. Чуть запавшие глаза были такими темными, что порой казались черными. Он поднял длинную костлявую руку, подавая знак служанке, но Элисса остановила его.

— Не стоит, прошу вас. Было очень вкусно, просто я не успела проголодаться. — Она обольстительно улыбнулась, намереваясь достичь цели, которую поставила перед собой, — снискать расположение генерала. Это было непросто. Франц Стейглер не нравился ей. Он держался с ней чересчур фамильярно, но его взгляд при этом оставался холодным и пронизывающим.

По мнению Элиссы, именно генерал Стейглер более всего заслуживал прозвища Ястреб.

— Кажется, вы утомились, моя дорогая. Может быть, вернемся домой… или, если хотите, воспользуемся гостеприимством хозяина постоялого двора. Герр Вейнберг мой хороший друг, и я не сомневаюсь, что он найдет возможность предоставить вам комнату для отдыха… там, наверху.