Мои веки опустились. В образовавшейся темноте, возникло лицо парня с серо-голубыми глазами. Его образ словно осветила вспышка молнии. Открыв глаза, я резко села. С ним что-то не так. Я не знала, что именно, но чувствовала это. Мне привычнее мои реакции на окружающих и в моей голове, что-то уже было разделено на несколько категорий. Обычно, люди словно светились изнутри особенным светом. У каждого были свои неповторимые оттенки цветов, с мелкими вкраплениями и даже завихрениями. У спокойных и доброжелательных людей, преобладали желтоватые, розовые и бледно голубые цвета. У Насти, Люды и подобных агрессивно настроенных ко мне людей, цвета были красновато-коричневые, с темными, будто грязными точками и разводами. Но то, что открылось в нем, я не видела никогда ни у кого. Его свет заполнил все пространство вокруг. Мне показалось в тот миг, что я плаваю в каком-то желеобразном веществе и не могу пошевелиться. Кто же он?

Посмотрев в окно, я заметила, как листья большого клёна постепенно принимают бледно-желтый окрас. Вот и настала осень. Ещё немного и они начнут пестреть богатыми осенними цветами, огненно-рыжими и даже алыми. Каждый год, я собирала в саду самые красивые листья и прятала их в книгу, даже не знаю зачем. Осенняя палитра красок, это нечто потрясающее и неповторимое, возможно, мне хотелось сохранить эту красоту навсегда.

– Ну как прошёл день? – вежливо и невинно, спросила меня за ужином Рита. Она всегда себя так вела, когда рядом был отец.

– Нормально – ответила я, и даже улыбнулась ей.

По всей видимости, сестра восприняла мое поведение как вызов, поэтому не сдавалась:

– А как прошла физкультура?
– вернула мне улыбку она.

– Маргарита. – предостерегающе протянул папа и повернулся ко мне.

– Что случилось? Снова, эти девчонки? – обеспокоенно спросил он.

Подоспели непрошенные слёзы, и я уж было открыла рот, но в столовую вошла мама. Просматривая что-то в телефоне, она непререкаемым тоном осекла меня:

– Давайте мы не будем отвлекать отца от важных дел, глупыми школьными рассказами.

Ее внешний вид рассказал о проведенном дне в спальне. Короткий, шёлковый халат, небрежно собранные на макушке волосы, спадавшие на ее плечи волнистыми прядями, делали ее похожей на древнегреческую богиню. Она села за стол и не отрывая взора от телефона, принялась за свой суп. Я молча кивнула, встала и поставила тарелку в раковину, спиной ощущая взгляд отца.

– Я просто хочу донести до неё, – начала снова Рита – Если она не будет такой мямлей, все изменится. Неужели, это так сложно?

– Угу. – ответила мама, просматривая нечто в интернете.

– Непонятно, как она может быть моей сестрой, да ещё и старшей ?! – с выражением воскликнула она.

– Рита! – пытался вмешаться отец.

– Нет, ну я все понимаю были бы мы малообеспеченной семьей и так далее, но это не так! – продолжила она, игнорируя отца – Але, Ника! Ты вполне можешь купить себе нормальных шмоток, столько, сколько нужно, а не этот отстой, который ты носишь!

В следующую секунду, я ощутила жар, который поднимался от моих стоп и выше по ногам. Словно отдаленно я слышала, как отец и Рита начали спорить. Горячая волна чего-то поднималась выше по моему телу. В голове появился шум и какой-то размеренный стук. Я поняла – биение моего сердца. Словно издалека, до меня доносились их голоса:

– Поверь, просто Ника ведёт себя так, словно отстала в развитии! – спорила Рита с отцом.

– Коля, не лезь в это! – вальяжным тоном вмешалась мама – Рита права, пора бы уже взрослеть! Детский сад какой-то. Давай ещё за ручку ее в школу водить.

В эту секунду в меня будто что-то вселилось. Резко обернувшись, я закричала чужим, низким голосом:

– Кто вы такие, чтобы говорить так обо мне?!

Мама и Рита испуганно вскочили со своих мест. Телефон из рук матери выпал на пол.

– Ника! – начала было Рита.

– Заткнись! Как ты смеешь обращаться ко мне?! – взревела я.

Я плохо видела их. Воздух словно нагрелся и пульсировал. Лишь слышала слабый треск в моих будто пронизанных электричеством волосах. Во мне кипело доселе неизвестное мне ощущение. Оно пьянило меня и доставляло наслаждение. Глаза сестры, казалось, вот-вот выскочат из орбит. Она казалась мне смешной и жалкой, со своими выбеленными волосами и густо подведёнными глазами. Я чувствовала ее страх, я была сильнее. Я сама сила – осознала я.

– Ещё одно слово, и я сама расскажу и покажу тебе кем ты являешься! – низким, злым голосом продолжала я.

– Не смей! – завопила мать -Тронешь ее и я тебя выкину из этого дома! От тебя одни проблемы! Я устала от тебя и твоих выходок! Это просто позор нашей семьи!

Слова мамы довели меня до апогея. Боль и ужас заполнили мое сознание. Я зажмурилась и закрыла уши руками. Раздался хлопок, на кафельный пол посыпались осколки стекла. Свет в доме погас. Рыдая, я выскочила в коридор, а затем на улицу, больно ударяясь во тьме о стены и двери. Мне слышались позади крики отца. Он пытался догнать меня. Прибавив скорости, с грохотом отворив ворота, я помчалась в темноту, повернула на соседнюю улицу, затем ещё несколько поворотов, не понимая куда бегу. Оказавшись будто вне времени, я смутно осознавала, что перестала бежать, лишь словно лунатик куда-то целенаправленно шла, затем остановилась и села на холодную скамью. Просидев так какое-то время и всхлипывая, постепенно приходя в себя.