Очень быстро к нам подходят два мужчины. Ни в какое сравнение с красавчиками они не идут. Ни по стилю, ни внешне. Обычные венесуэльцы. Элен говорит, что мы не умеем танцевать, как они, они говорят, что научат.

Я начинаю препираться, становлюсь супер серьёзной, мне вообще не хочется со взрослым мужиком танцевать. Тем более я не умею. Элен говорит, что на пляже я тогда очень круто танцевала. Нет, с этим типом я точно не буду так танцевать.

В итоге соглашаюсь разучить шаг сальсы, он не знает английского, поэтому показывает мне жестами. У меня что-то получается, но партнёр меня дико напрягает. У него ещё лицо потное. Разучив шаг, пару раз попробовав, я дожидаюсь окончания песни и прощаюсь с ним, показываю рукой, что голова кружится.

Это чистая правда. Элен обещала маме, что будет обо мне заботиться, а она меня напоила и не накормила. Кафе мамы Родриго закрылось, я уже не поем. Сижу, мечтаю о тосте с шоколадной пастой и заказываю второй сок из манго. Догонюсь фруктозой, доживу до дома.

Элен всё танцует, у неё классно получается. Она веселится. А мне скучно. Решаю пойти стрельнуть сигарету у курящих девушек. Мы познакомились, они местные. Одна массажистка в соседнем отеле, а у другой свой коктейль бар на пляже. Прям у нашего выхода на море, до него ближе, чем до кафе мамы Родриго. Я обещаю зайти. Она даже снимает с себя фенечку с флагом Венесуэлы и дарит мне. На прощание ещё расцеловали в обе щеки, так здесь принято. И они тоже меня за бразильянку приняли. Радоваться?

Взяв сигарету отошла ближе к морю, сижу курю и смотрю на ночной пляж. А почему никто не купается? Смотрю по сторонам, никого. В Европе часто ночью на пляже кто-то валяется на шезлонгах, купается, здесь же ничего такого. Отлива вроде нет. Замечаю под пальмой спящего в гамаке мужчину. Под такую музыку? Он явно не пьяный, просто так здесь принято.

Элен возвращается ко мне только минут через сорок. Всё это время ко мне подходили разные мужчины и предлагали потанцевать, но нет чикос, если я и буду танцевать, то только с Родриго. С Фернандо в общем тоже можно. Ещё раз стреляю сигарету у тех девушек. Элен просит и ей стрельнуть. Мы курим вместе, первый раз в жизни. Сестру я не стесняюсь, с ней очень легко. Брат бы нотации читал, хотя сам курит. И сигареты и айкос, но мне нельзя!

В итоге возвращаемся домой, Элен даёт Жулии пятьдесят долларов. Щедро. Я бы тоже лучше няней поработала сегодня. Сестра идёт спать. Ну ещё бы, она напилась и натанцевалась. Я съедаю тост и тоже иду к себе.

Ложусь, у меня кружится голова, вертолёты. Потолок закручивается в воронку, мне не хорошо. Выхожу на балкон подышать , время двенадцать, нормально. Звоню Димусику, соскучилась по нему. С девочками мы регулярно болтали, а с ним ни разу.

– Алё, Тонюсик, что-то случилось?– Димусик, я соскучилась! Ты чего сонный, уже спишь?На том конце трубки молчание.– Тонь, я ЕЩЁ сплю. Время семь утра, у меня каникулы!– Чёрт, Димусь, я забыла про разницу, прости, пожалуйста!– Эх, ну ладно, буду вставать. Повиси пару минут, я ща.

Димусик вернулся, я зашла в комнату и мы поболтали. Он тоже на даче, тусуется и с Максом и с моими девочками. У него, конечно, другой взгляд на вещи. Всё ему рассказав, он вздыхает от истории с Максом и жалуется на Катю. Он в неё влюблён. Вообще они встречались, когда ей было четырнадцать, а ему тринадцать – две недели.

Да, он нас младше на год. Мы тогда и познакомились. Даже не помню почему они расстались, ну это же всё несерьёзно в таком возрасте, но он в неё реально всё ещё влюблён. И сказал, что вчера они тусили. И когда ехали в машине Макса на заднем сидении, она сидела между своим Лёшей и Димой и взяла Димусика за руку.

Честно, у меня нет слов. Как мне разорваться меж моих друзей? Говорю ему, чтобы не играл в игры и забил. Он красавчик нереальный, думаю, вырастит и Макса затмит. А Макс для него с детства ориентир. Но пока он семнадцатилетний не до конца сформировавшийся мальчик , у него всё впереди. Обещаю писать и звонить ему чаще и засыпаю.

Мы спим аж до восьми утра, ребёнок два часа не знал чем себя занять. Я сквозь сон включила ему мультики на моём айпаде , дала наушники и дальше легла спать. Он лежал со мной на кровати, мне так спокойнее. Как там говорят? Пьющая мать – горе в семье?

Понимаем, что уже опаздываем, быстро-быстро собираемся и отправляемся на наше первое занятие виндсёрфингом. Саша там будет в детском лягушатнике под присмотром персонала.

За час тренировок мы дико устаём, спина и плечи тянут, ведь парус очень тяжелый, мышцы ног забиты. Теперь я понимаю откуда такая форма у нашей тренерши. Я даже её потрогала, так мне было любопытно какого это иметь такое тело. Один раз мне удалось поймать ветер, настроить парус и проехаться, но меня с такой скоростью понесло в море, что я решила, что скоро буду в Пуэрто-Рико , бросила парус и нырнула в воду. Доска тут же остановилась и я с этой бандурой тяжеленной поплыла к берегу. Вы думали, что мы отказались от своей диеты? Нет, мы выпили на завтрак по две кока-локи!

После занятий перекусили прям в кафе при школе. Элен после такой физической нагрузки позволила себе пасту, а я уже очень устала от морепродуктов и рыбы, соскучилась по мясу, но тут его нет. Заказала сэндвич с курицей, но не рибай, конечно.

Поплавав немного с Сашенькой в море, мы поехали домой. Элен после вчерашнего , видимо, ещё не совсем хорошо и она решила поспать днём вместе с Сашей.

Это мой шанс. Говорю ей, что чувствую в себе силы и хочу покататься на сёрфе пару часов, но на нашем пляже. Может волны будут , что надо. Она устало кивает.