— Для меня лучшей помощью было бы, если бы они решили вопрос с Живетьевыми. Все остальное сейчас я могу и сам.

— Не кажи гоп, пока не перепрыгнешь. Один много не навоюет, особенно в нынешних реалиях. Штаны-то доделал? — неожиданно завершил он попытку вправить мне мозги.

— Кстати о штанах. Прохоровы почти вышли на изготовителя. Во всяком случае точно определили, откуда ведутся поставки.

Зырянов напрягся.

— Неужели аукционист слил? Кроме него, никто больше не знает, откуда была курточка. Иначе никак не отследить. Деньги на метки я проверял, по ним не должны были. Но это прям вообще хреново, если аукционист. Я его считал надежным мужиком, а он за спиной свои делишки обделывает. Я проверю, Илья. Если он слил, извинениями не отделается. Если ты решил заказ не делать, я пойму, потому что проблемы могут на пустом месте появиться.

— Да нет, сделал я. И думаю легализоваться — княжичу сказал.

— Может, и правильно. — Зырянов вздохнул, наверняка сообразив, что его посредническая деятельность с неплохой прибылью на этом закончится. — Но я все равно рекомендую штучное производство.

— Потоковое я и не потяну, — заметил я. — Заказ сейчас принесу.

Я поднялся за коробкой с набором для Прохоровой, заодно прихватил коробку с алхимией для самого Зырянова. Набор был утвержден после нашего разговора с Олегом о том, что я зря засветил лишнее Дашкиному отцу, и никакие зыряновские просьбы в дальнейшем не влияли на увеличение ассортимента. Я отговаривался отсутствием нужных ингредиентов или их несоответствующим качеством. Отмазка о моей низкой алхимической квалификации также оказалась очень действенной — мол, не каждый раз получается то, что должно быть. Очень много отходов.

Я планировал отдать коробки Зырянову, немного посидеть с ним и дядей и отправиться делать набор на завтра, но жизнь внесла свои коррективы. Только я набрал из стазисного ларя закусок и принес к бассейну, как раздался звонок от Шелагина.

— Илья, где тут у вас домофон?

— Какой домофон, Александр Павлович? — насторожился я.

— У калитки. Как-то вам дают знать друзья, что к вам приходят?

— К нам почти никто не приходит. Мы обычно встречаемся на нейтральной территории.

— А я пришел. Долго ты меня мурыжить будешь перед входом?

— Сейчас выйду.

Я отключил телефон и сказал застывшим Олегу и Зырянову:

— За забором княжич. Постараюсь его спровадить.

— Старание старанием, а маскировку не забудь, — напомнил Зырянов. — Шелагин не уйдет, если решил попасть внутрь, и не поверит, что это иллюзия.

Как не поверил и сам Зырянов. Но говорил он сейчас здравые вещи, поэтому прежде чем идти к Шелагину, я включил иллюзорный артефакт. С прошлого раза мы картинку еще доработали, поэтому вид был скромненький, аккуратный, но не унылый, как в прошлый раз. А место с бассейном вообще решили не изменять: бассейн нормально иллюзией не замаскируешь, а беседка при нем могла сойти за современную поделку. При надлежащем воображении. Я надеялся, что оно у Шелагина было хорошо развито, как положено княжичу.

Шелагинская машина стояла почти впритирку к нашему забору, практически касаясь Тумана. На княжескую семью, к сожалению, не распространялся запрет проезда гостя в закрытые поселки без разрешения хозяина. А то бы Шелагин позвонил раньше, и мы переговорили бы у проходной.

Когда я вышел, княжич как раз изучал Строительный Туман, причем не просто тыкая в него пальцем, а отправляя анализирующее заклинание. Или сканирующее? Пытался определить, что там за защитной оболочкой? В любом случае он не преуспел, потому что первым его вопросом было:

— Это что?

— Защитное заклинание.

— Интересный вариант.

— Секрет рода Песцовых.

— Не слишком ли у рода Песцовых много секретов?

— В самый раз, — не согласился я.

— Мы так и будем тут стоять? У меня разговор к тебе и твоему дяде. Я хочу поговорить с вами без свидетелей и без зрителей.

Пришлось настраивать разрешение прохода на Шелагина. Где-то это было даже в плюс: посмотрит со стороны на дом и решит, что мои условия проживания достаточны для того, чтобы по их поводу меня больше не дергать.

— Проходите, — предложил я, чем Шелагин сразу и воспользовался.

Не знаю, что он думал увидеть, но мирная картина двух мужиков, распивающих пиво у бассейна, его удивила донельзя. Те с ним поздоровались, и княжич даже ответил, но потом ненадолго застыл, осматриваясь, и поинтересовался:

— Это что?

— Я же говорил, что мы понемногу восстанавливаем участок.

— Понемногу? — он обвел рукой вокруг себя. — Да вы здесь полностью обжились. Смотрю, даже садоводством решили заняться.

— Столько земли освободилось, Александр Павлович, что решили ее облагородить.

— Неплохо так облагородили, — признал Шелагин.

Это он еще настоящих строений и сада не видел, а то удивлялся бы куда сильнее.

— Откуда это все? — продолжил Шелагин.

— Нам участок достался с кучей стройматериала, — ответил я. — А у дяди есть археологические техники по восстановлению.

Оба предложения любой датчик посчитал бы за правду, при этом к реальному строительству ни одно ни второе отношения не имело, зато помогало пудрить мозги излишне любопытным.