Наглым взглядом он прошёлся по моему декольте, важно сделал один глоток обжигающего напитка и плавно его взгляд поднялся на мои пухлые губы.

— Виктор…. Простите, как ваше отчество?

Вижу изумление в его тёмных глазах. Щурится и придвигается ближе ко мне.

— Я не старпёр, пипетка, чтобы ты обращалась ко мне на «вы».

Расслабленно откинулся на спинку стула и щёлкнув пальцами, велел продолжить разговор дальше.

— Рассказывай..

— Что сейчас происходит с компанией отца? Что с ней будет? Что будет с папой?

Не сводя с меня глаз, он взял столовые приборы и, принялся отрезать кусочек мяса ножом, прокалывая стейк вилкой, он положил его в рот. Медленно жуёт, не отрывая от меня своих наглых глаз. Прожевав окончательно, продолжает говорить.

— А собственно, чего ты напрягаешься, компания останется в твоей семье, да, не отец будет во власти, а муж, разве ты не счастлива?

Нахально ухмыляется и своими изящными пальцами важно потирает подбородок.

— Ты не притронулась к еде, почему не ешь?

— Я же сказала, я не голодна

Увернулась в сторону, и принялась непринуждённо разглядывать посетителей ресторана.

— Неужели так любишь этого пацана, что не думая, отвешиваешь ему с барского плеча все акции компании? Ты чем думала, глупенькая?

Поворачиваюсь к нему лицом и с леденящим спокойствием проговариваю.

— Вы когда нибудь любили? Любили по настоящему?

— Я сказал обращаться ко мне на «ты».

Грозно отчеканивает.

— Хорошо.

— Пипетка, разговор не обо мне. Будь добра, отвечай на вопросы которые тебе задают. Последний раз спрашиваю, любишь?!

Беру в руки бокал вина и жадно делаю глоток. Чувствую как сладкая жидкость разливается по горлу, немного обволакивая и успокаивая.

— Никогда не верила, что по одному щелчку пальцев можно поменять отношение к человеку.

Пристально наблюдает, достаёт из кармана пачку сигарет с зажигалкой и прикуривает. В нос ударяет запах дорогих сигар. Невольно морщу носик и опускаю глаза вниз.

— Ну, и что же изменилось? Принц оказался не совсем принцем?

— Теперь я уже не уверена что они вообще существуют, знаешь ли, мой кукольный домик рухнул в одночасье и раскололся на мелкие части.

Усмехаюсь, прикрываю веки и перед глазами проносятся все моменты рядом как мне казалось с любимым человеком. Но дурман резко спадает, когда приходит понимание того, как он использовал меня только лишь в своих целях.

— Существуют… Нужно просто научится смотреть в правильном направлении.

В воздухе повисла напряжённая пауза… С каждой секундой от его молчания мне становилось не по себе. Это молчание давило на нервы, чувствовала как начинало набирать учащённые ритмы моё сердце.

— Расскажи мне, чего ты сейчас хочешь?

Нервно до боли закусываю губу. Смотрю на него не в силах увести взгляд, что-то есть в этом мужчине непонятное для меня, почему я как мотылек лечу на убивающий меня огонь?

— Хочу вернуть время назад и не совершить эту ошибку… Ошибку, из-за которой в первую очередь пострадал мой отец.

— Ты слишком наивная хоть и с характером. Я решу твою проблему… Но с одним условием.

Делает паузу и выпускает клубок дыма в сторону. Смотрит пронзительно своими глазами прямо в душу. Меня начинает всю трясти, но не от холода, a наоборот… Чувствую как вспотели ладошки… Непроизвольно руки сами тянутся к шее, дрожащими пальцами пытаюсь нащупать кулон, но пустота… Вспоминаю что его нет.

— С каким условием?

Тушит сигарету о пепельницу и сцепив свои изящные пальцы в замок, придвигается ближе ко мне.

— С этого момента в твоей жизни не будет этого пацана. Ты забудешь о нём. Если согласна, один мой звонок, и ты снова станешь Зубровой.

Резко встаёт со своего места, слежу за каждым его движением. Делает пару шагов и оказывается позади меня.

— Ты очень красивая.

Проговаривает еле слышно… Чувствую, как мой затылок обжигает его горячее дыхание. Сердце стучит неимоверно. Грудь взволновано поднимается. Становится опасно жарко. Ощущаю как что-то тяжёлое и такое уже знакомое плавно ложится на мою шею. Опускаю взгляд и невольно, губы трогает улыбка.

— Никогда не отрекайся от своих подарков. Если они изначально сделаны только для тебя.

— Спасибо.

Виктор садится на свое место, пальцами дотрагиваюсь до кулона… Снова ощущаю эту приятную тяжесть на моей шее, с благодарностью смотрю на него. Он лишь непринуждённо берет в руки свой телефон и набирает чей-то номер.

— «Приветствую. За тобой был старый должок, помнишь?»

Виктор не сводит серьёзных глаз с меня. Смотрит пристально, нагло.

— «Пришло время отдать его. Будь любезна, аннулируй один нелепый брак.»