«Чемодан!»

Девушка резко села и замерла. Дверь была приоткрыта, а багаж Бернадетт стоял на пороге, как нерешительный гость. Девушка тут же вскочила и выглянула в коридор, но там не оказалось ни души. Только записка была подоткнута на одном из уголков.

«Если у тебя есть вечернее платье, оно будет кстати.

Матильда и Гийом»

Артистка втащила свои сокровища в комнату и плотно затворила дверь, пытаясь унять накатившую дрожь. Вспомнились слова Стефана про украшения. Бернадетт распахнула чемодан и принялась рыться в содержимом. Интересно, он имел в виду возможное желание хозяев устроить спонтанную вечеринку? Не слишком ли помпезно для одной гостьи? Девушка мотнула головой, отгоняя эту мысль. Некоторых причуд богачей ей так и не удавалось понять, сколько бы она ни пыталась влиться в их жизнь.

Зеленое шелковое платье миссис Харвистон оказалось кстати. Девушка освежила макияж, а затем принялась нанизывать на пальцы кольца, вытащенные из шкатулок еще вчера. Затем последовали браслеты и серьги. Она бросила взгляд на мутное, давно не видавшее тряпки зеркало, но даже не видя отражения знала, что выглядит, как всегда, безупречно. Не просто актриса кабаре, а настоящая дива, еще чуть-чуть — и кинозвезда.

«Может, в Голливуд?» — подумала она и, подмигнув отражению, покинула комнату.

Дорогу ей указывала вереница свечей. Видимо, Стефану приказали осветить только путь от комнаты гостьи к залу, где будет проходить ужин, чтобы лишить ее соблазна лишний раз побродить по коридорам. Она и сама бы испугалась, появись у нее желание свернуть не туда — замок напоминал лабиринт, а она была мышкой, запущенной туда на потеху.

«Засиживаться точно не стоит», — подумала она. Освещенный коридор привел ее в просторную гостиную с глухо занавешенными окнами. Эхо шагов тонуло в звуках проигрывателя, Матильда как раз опустила иглу на пластинку с новой мелодией, которую только запустили на радио и, пританцовывая, направилась к мужу. Гийом расположился на диване и, глядя строго перед собой, с плохо скрываемым нетерпением цедил вино.

Муж с женой надели вечерние наряды, словно собирались после спонтанной вечеринки дома посетить настоящее торжество или какой-нибудь посольский прием. Стоило Бернадетт оказаться в комнате, на их лицах появилось радостное облегчение.

— Мы уже переживали, что ты не придешь! — заулыбалась Матильда. Она бросилась навстречу гостье, словно они были давними подругами, разлученными на долгие годы. Секунда, и она бы сомкнула свои объятия вокруг Бернадетт, девушка уже приготовилась, но, не доходя одного шага, Матильда замерла, впившись взглядом в гостью. — Какой у тебя изысканный наряд. И столько украшений. Это для какой-то роли?

— Мое прочтение Клеопатры, — пожала плечами Бернадетт, проходя вперед. Гийом проводил ее недовольным взглядом.

— Не знал, что Клеопатра любила смешивать золото с серебром.

— Гийом… — покачала головой Матильда и хлопнула в ладоши, обращаясь к Бернадетт. — Ты не обращай внимания, Алисия, сейчас будем ужинать. Стефан!

Великан тут же появился в дверях, катя впереди весело позвякивающую тележку. Под начищенным до блеска колпаком оказалось блюдо с несколькими кусками сыра. Стефан принялся медленно нарезать его и раскладывать по маленьким тарелочкам. Первая ушла к хозяину, который не удостоил закуску и взглядом, вторая порция предназначалась Матильде. Третью, для Бернадетт, Стефан сопроводил аккуратной вилочкой.

— Стефан, — напряженно процедила Матильда. — Опять безобразничаешь?

Рука великана дернулась, и вилка со звоном упала на пол, пару раз отскочила и затихла где-то под диваном. Как только звон расплавился в звуках музыки, Матильда облегченно улыбнулась, ее поза стала расслабленнее.

— Не обращай внимания, Алисия, просто эта вилка была из старинного серебряного сервиза, который мы не даем даже самым дорогим гостям. Мы очень долго искали на него покупателя, и вот, один из музеев в Париже решил забрать его. Их эксперт приедет со дня на день.

— Хотя куда выгоднее было бы продать это в частную коллекцию, но аукционы — это слишком утомительно, — поддакнул Гийом.

— Вы могли бы нанять агента, — пожала плечами Бернадетт.

— Тогда какой смысл в аукционе, если ты не можешь участвовать в нем сам? — рассмеялся он. — Скажи, Алисия, а ты — азартный человек?

— Скорее да, чем нет, — пожала плечами девушка. Ей не понравилось, как он произнес ее выдуманное имя, с издевкой и пренебрежением.

— Я сразу это понял, — довольно кивнул мужчина. — Достаточно было одного взгляда, чтобы разглядеть перед собой настоящую хищницу. Я не знаю, но могу предполагать, что ведет тебя через эту жизнь в одиночестве и с полным чемоданом безделушек, но я уверен — как только ты видишь возможность, ты хватаешься за нее. Ведь так?

— Вполне, — почти безразлично повела плечом Бернадетт.

— Это замечательно, Алисия. Мы и сами очень азартны, — улыбнулась Матильда, усаживаясь на колени к мужу. Бернадетт поморщилась и прижала пальцы к вискам.

— Боюсь, я не в настроении для покера этим вечером, извините. Я пойду, — она поднялась, хозяева сделали то же самое. Их глаза горели жадным лихорадочным огнем.

— Но ты даже не поужинала, — постаралась мягко произнести Матильда. Бернадетт попятилась.

— Я слишком устала, — она сделала шаг к двери, и в ту же секунду Гийом вскинул руку. Тяжелые створки с грохотом захлопнулись.