— Что я сделаю? — потрясенно спрашиваю я, уставившись на Вика. — Ты что, с ума сошел?

— Чушь собачья, — говорит Фин, и его сердитый голос эхом отражается от бетонных стен гаража. — Она прошла через недели чистки.

— Ты недооцениваешь силу стригоев, — отвечает Викториан.

— Да пошел ты, — отвечает Фин.

— Мы ничего не недооцениваем, — говорит Эли тихо и убийственно. Угрожающе. — Ты ошибаешься, Аркос.

— Она разрушила мою способность к внушению, — утверждает Викториан, мельком взглянув на меня. — Начала рычать, биться в конвульсиях. — Он смотрит на меня, затем на Эли. — Я чуть не выпрыгнул из машины на скорости восемьдесят пять. Мне пришлось остановиться и удерживать ее физически, но даже тогда она на короткое время одолела меня. Мне пришлось преследовать ее, когда она попыталась убежать.

— Так куда ты ее вез? — спрашивает Фин. Его голос не похож на обычный; он становится нетерпеливым. Это не в характере Серафина Дюпре.

С другой стороны, приступы, которые у меня были, когда я бежала по лесу за остановкой для отдыха, были для меня нехарактерны. Эти странные позывы. Что, черт возьми, это было? Я убеждаю себя, что это не более чем остаточный эффект от травмы в «Туннеле 9».

— Куда? — давит Эли. Его терпение быстро иссякает.

Порочный взгляд Викториана останавливается на мне.

— В дом моей семьи в Куджир, в Румынии. К моему отцу.

Я моргаю, и Эли пролетает передо мной. К тому времени, как мой взгляд находит их, Эли прижимает Викториан к стене.

— Значит, ты хочешь обратить ее? Забрать себе?

— Эли! — кричу я.

Приблизив свое лицо к лицу Викториана, Эли рычит:

— Я, черт возьми, оторву твои конечности от тела и собственноручно сожгу их, прежде чем позволю этому случиться. И начну с твоей чертовой головы.

— Нет! — Я бегу, потому что Эли выглядит так, словно собирается расчленить Викториана прямо на месте. Кто-то хватает меня за руку, и я резко останавливаюсь. Я поворачиваюсь и свирепо смотрю на Фина. — Тебе лучше отпустить меня.

Фин просто смотрит на меня и сжимает крепче.

В этот момент луч света очерчивает дугу по серым бетонным стенам гаража; подъезжает внедорожник.

— Эли, пойдем, — умоляю я. — Сейчас же. Просто забудь об этом. Я в порядке. Я с тобой.

Сначала он игнорирует меня… ничего нового. Затем он швыряет Викториана через парковку, бросается ко мне и хватает за руку, не сбавляя шага. Он не произносит ни слова. Кажется, вокруг него шипит электричество. Если это вызвано гневом, то у него такая аура.

У Викториана больше мужества, чем я думала. В мгновение ока он оказывается прямо на пути Эли.

— Знай это, Элигий Дюпре. Только такой могущественный стригой, как мой отец, может изгнать зло, растущее внутри Райли. И ты скоро увидишь… оно определенно там есть. Тебе не понравится, обещаю.

Эли на долю секунды задерживает взгляд на Викториане, затем берет его за руку и отталкивает с дороги. Мы продолжаем путь через гараж. Я поворачиваюсь и смотрю на Викториана.

— Скоро увидишь, — говорит он, стоя на месте. Он обращается к Эли, но не сводит с меня глаз. — Ты вернешь ее мне. Я буду ждать здесь.

Мы сворачиваем за угол, и Викториана больше не видно. Мне странно думать о том, что Викториан, сам вампир, считает вампиризм злом. Возможно, ему не нравится то, кем он является, так же сильно, как и Дюпре. У него доброе сердце, несмотря на то, что оно больше не находится в его теле.

В напряженной тишине мы подходим к черному Форду F-150 Фина. Вдалеке я слышу, как хлопает дверца и заводится двигатель. Думаю, это «Ягуар» Викториана. Фин нажимает кнопку разблокировки замка на брелоке, и Эли открывает дверь. Когда я ставлю ногу на боковую ступеньку, чтобы забраться внутрь, он останавливает меня.

Обхватив мое лицо обеими руками, он целует меня — долго, не по-джентльменски, отчаянно. Я вдыхаю его запах и отвечаю на поцелуй. В отличие от большинства представителей нежити, губы Эли не ледяные, а чуть теплые, полные и чувственные, когда они пожирают мои. Затем он отстраняется. Пронзительными голубыми глазами он осматривает меня с головы до ног, задерживается на моем обнаженном бедре, опускает руку и задевает большую царапину.

— Должно быть, я получила ее на парковке для отдыха, — говорю я, и, хотя черты его лица скрыты в тени, я знаю, что он изучает меня со свирепым вниманием.

— Поехали домой, — говорит он и садится рядом со мной. Без улыбки. Эли все еще сердится.

Фин заводит грузовик и выезжает с парковки. Только когда мы выезжаем на Пичтри-стрит, я осознаю, что мы с Викторианом проделали весь путь до Атланты.

Судя по электронным часам в грузовичке Фина, сейчас около четырех утра. Пробок на дорогах нет, пока мы пробираемся между высотными зданиями и перекрестками между штатами в центре города и возвращаемся в Саванну. Перед тем, как выехать на шоссе, Фин заезжает в заправку и заливает полный бак. Я забегаю внутрь и беру напитки и пакетик «Чик-О-Стикс». Эли все это время не сводит с меня глаз. Мы готовимся к поездке домой.