— Здравствуй, — спокойно сказал он.

— Привет, — буркнула девушка, не выразив большой радости. — Какой сюрприз! Ты поправился?

Он кивнул.

— Можно войти?

— Конечно. — Она провела его в гостиную. — Я ужинаю. Присоединишься?

— Нет, спасибо, я ненадолго.

— Тогда давай отправимся на кухню, я закончу свою вечернюю трапезу. — Таня храбрилась изо всех сил. В действительности, как только Андрей переступил порог квартиры, у нее пропало желание дожевывать тосты.

— Твоя мать сказала, что тебе нездоровилось… что-то с желудком. Ты очень бледная. Вызывала доктора? — интересовался гость.

Она слабо улыбнулась.

— У меня родители — врачи, забыл?

— Да, глупый вопрос.

Таня собрала посуду и сложила ее в раковину.

— Лучше пока не рисковать. Но я заварила чай. Может, выпьешь? Или кофе?

— Чай.

— Итак, что привело тебя?

— Приехал навестить тебя.

— Неужели? На прошлой неделе ты не пожелал меня видеть.

— Однако это случилось до того, как я кое-что заподозрил, — спокойно ответил он.

— И что же?

— Нет смысла притворяться, ты прекрасно знаешь, что я имею в виду.

— Представь себе, даже не догадываюсь, — рассердилась Татьяна. — Если ты приехал позлорадствовать, потому что тебе не терпится отыграться, то ты преуспел.

— Отыграться?

— Не смеши меня. — Девушка вскочила, затягивая потуже пояс халатика. — Здесь прохладно.

— Повтори! — повысил голос Андрей, тоже поднимаясь из-за стола.

— Я сказала, что в другой комнате теплее, — сдержанно ответила девушка и с оскорбленным видом направилась в гостиную к своему любимому креслу. — Закрой, пожалуйста, дверь.

— Что значит отыграться? — повторил Николаев, присаживаясь на край дивана.

Она раздраженно пожала плечами:

— Когда ты отказался встретиться со мной, я решила, что ты своего рода отомстил мне за отказ.

— Так вот как ты думаешь обо мне? По-твоему, я настолько падший мужик? Мне что, по-твоему, тринадцать лет?! Хочешь правду? Я чувствовал себя отвратительно! Мне было хреново! И мужское самолюбие не позволило мне предстать перед тобой в столь жалком виде. Оля передала, что ты вскоре приедешь, и я надеялся окончательно поправиться.

— Понятно, — тихо промолвила девушка.

Итак, ее герой майор — обыкновенный смертный. Она испытующе посмотрела ему в глаза:

— Если тебя поставили в известность о моем приезде на выходные, почему ты появился сегодня?

— Потому что я не могу больше ждать, и намерен выяснить, прав ли я в своих догадках.

— в чём Вы меня подозреваете, товарищ майор?

— Догадайся сама.

— Эммм… Думаю… — Татьяна чувствовала, что начинает сердиться. — Но, честно, я не понимаю, о чем идет речь!

— Возможно, то, что произошло между нами в твоей спальне, не имеет для тебя никакого значения, но меня преследуют воспоминания о нашей… близости. Я просто схожу с ума. Совсем глупо, правда?

— Вовсе нет.

Андрей напрягся как струна, глядя на неё.

— Значит, тебе то же не безразлично?

Бледное лицо девушки вспыхнуло.

— Я всё в мельчайших подробностях помню, но…

— Но продолжаешь настаивать на том, что не имеешь ни малейшего представления, почему я беспокоюсь? Твоя мать передала мне, что у тебя какое-то желудочное заболевание…

— Не совсем… — попыталась объяснить она, но Андрей перебил ее.

— Я хочу откровенно спросить, может, это то, что я предполагаю?

Татьяна вдруг поняла.

— Я просто сглупила вчера, — спокойно сказала она, — пошла, пообедать в ресторан, и ела все без разбора. В каком-то блюде был лук, который и вызвал реакцию. Я не беременна, если тебя действительно волнует мое состояние.

— Правда?

— Разумеется! Я убедилась через несколько дней после… после той ночи, — смущаясь, объяснила девушка. — Почему ты так странно смотришь на меня? Почувствовал облегчение?

Андрей вскочил на ноги, сердито глядя на девушку сверху вниз.

— Нихрена! Или ты никогда не видела разочарованного мужчину? Если бы ты ждала ребенка, я бы заставил тебя выйти за меня замуж!

— Я никогда не сделаю то, чего не хочу, — закипятилась Таня и добавила с рассчитанной жестокостью: — Почему, собственно, ты уверен, что я могу забеременеть только от тебя!

Николаев так побледнел, что девушке стало стыдно. Она вскочила с кресла и взяла его за руку:

— Ты очень обидел меня, когда я хотела навестить тебя. Вот мне и захотелось отплатить тебе тем же. Пойми, мне не чужды обыкновенные слабости.