– Да ты что! Она играет также круто, как ты?

– Да! В этом и весь прикол! Ещё там участникам запрещено разговаривать, даже между партиями и в перерывах. Не знаю, кто придумал такие правила. Наверное, это для того, чтобы не сбивать настрой, концентрацию, не отвлекать тех игроков, кто предпочитает побыть в тишине. Но когда мы с ней играли, я попытался проникнуть в её суть, её мозг. Узнать, что она за птица такая.

– И что за птица?

– О, хищная, – сформулировал Пит после небольшой паузы, и улыбнулся.

– В каком плане?

– Я бы охарактеризовал её так. Лидер, настаивает на своём, любит выигрывать. Изначально смотрит на всех свысока.

– Снобка? – скривилась я в недовольстве.

– Да, есть немного. Устанавливает правила, живёт по ним и требует, чтоб другие им следовали. Но меня не проведёшь. Она пыталась хитрить в комбинациях, но я не поддавался до последнего. Сначала она играла расслабленно и даже позволила мне съесть у неё важную фигуру, но потом, видимо, раскусила, что и я не лыком шит. И разогналась. Мне там даже пришлось попотеть.

– Так ты выиграл? Пит, как ты мог?! Майло разрешил тебе завоевать и второе место! Уступил бы даме, – вступилась я из-за солидарности за свой пол.

– Я не стал это делать из принципа, – покачал мой друг головой. – Она вела себя поначалу заносчиво, отстранённо. Деловая такая колбаса. Те ребята, у которых я выиграл, изначально обменивались со мной товарищескими взглядами, перед и после партии мы жали руки друг другу, когда жюри нас представляло. Царил такой спортивный дух. Как в каратэ, когда ты кланяешься противнику, противник кланяется тебе, а потом вы дерётесь до смерти. А в конце, чуть не прибив друг друга, тоже кланяетесь. Эта же нет – она так свысока холодно кивнула мне. Хотя я благодушно ей улыбался.

– Ха-ха, Сыщик, а знаешь, почему она тебе холодно кивнула? Тебе нужно знать женщин! – повиляла я указательным пальцем перед носом у агента 003. – Со стороны девушки, если парень смотрит на неё как ловелас, сверкая ослепительной улыбкой, ей только и остаётся, что холодно кивнуть, особенно если этот парень её конкурент.

– Ну ты загнула, Сорвиголова! В плане взаимоотношений полов ты у нас прямо дока, теперь всегда буду тебя слушать и записывать конспекты, – с сарказмом заявил мой лучший друг. И продолжил, не давая мне слова для реванша: – Когда я с ней играл, я её рассматривал. Да, отстранённая, неприступная, но живая. В ней проскальзывало то и дело изумление, когда я её проводил. Был момент в игре, развилка такая, точка невозврата, что я мог поддаться. Она же понадеялась, что я провороню её комбинацию, а я, наоборот, просёк. Вот тогда и сработал принцип проучить зазнайку. Да, Клот, её более точное определение – зазнайка. У тебя были в классе ботаники? Ой, я и забыл – ты же сама ботаник! Но ты не зазнайка! А я имею в виду тех ботаников, которые такие все из себя отличники, а на всех остальных им с высокой колокольни. Не стал я поддаваться, короче. Её это выбило из колеи. Я заметил, как дрогнула её рука. Майло научил меня считывать минимальные проявления мимики, жестов, невербалики соперника. Я потихоньку это осваиваю. В общем, я понял, что она стрессует. В ней забурлили эмоции, но она умело их подавляла. Сидела такая вся из себя бесстрастная и бесстрашная. И игра пошла так, что она оказалась под моим контролем. В конце произошла странная вещь, Клот. Можешь верить, можешь не верить.

– Какая?

– Я решил дать ей шанс. У неё оставалось всего два варианта хода – один выигрышный, и один проигрышный. У меня осталось два выигрышных и один проигрышный. Я тебе всё это пытаюсь на пальцах объяснить, без терминов, так как ты не шахматист. В общем, я пошёл так, что она могла бы выиграть. Время уже кончалось, жюри поднажали, объявляя, что у нас одна минута.

– То есть ты всё-таки решил поддаться?

– Ну… можно и так сказать. И я уверен, что она это поняла. Но она зачем-то пошла на проигрыш. И я её сделал.

– Может быть, перенервничала, видя, что ты слишком хорош?

– Возможно. Не спорю. Она была самоуверенна. А таких рано или поздно надо ставить на место. Но так я рассуждал перед игрой с ней и во время игры. А после игры я уже пожалел.

– Пожалел о том, что не поддался ей?

– Да. Понимаешь, с ней произошла перемена. Или со мной. Когда всё закончилось, мне объявили первое место, ей – второе. Нас поздравляли как двух победителей, выбившихся в финал. И вот тогда она пожала мне руку, сама, первой протянула. Улыбнулась мне. Искренне, уже без маски. Сделала мне комплимент, что я очень хорошо играю.

– То есть умеет проигрывать?

– Да. И более того – мы разговорились. Цель, поставленная Майло, оказалась достигнутой. Нам, правда, получилось поговорить совсем недолго, минут десять от силы. За ней приехал дядя, как она сказала, но я успел пригласить её на свидание.

– Вау! Ну, Пит, ты своего не упустишь! – похлопала я друга по плечу.

И тут Сыщик меня ещё больше огорошил:

– Я сильно забежал вперёд, Клот. Я хочу попросить тебя о помощи.

Я сделала вопросительную мину.

– Сходи со мной к ней.

– Э… зачем?!

– Она не совсем обычная девушка.

– Чего? Что-то ты темнишь, дружище, – погрозила я пальцем.

– Сначала она казалась зазнайкой. Но чем дальше, тем мне кажется, это её маска. Да, в ней есть высокомерие лёгкое, но это ведь как чувство собственного достоинства, самодостаточность, и привычка её управлять командой. Бывают такие прирождённые лидеры. Хваткая, берёт инициативу в свои руки. Но, встречая равного себе, вроде меня, переходит на более душевный стиль общения. Гибко подстраивает своё поведение. Надеюсь, ты понимаешь, что это деловое свидание?