— Ты в своем уме?

— А ты всерьез думаешь, что твоя подруга святоша? После первого же свидания позволила уложить себя в постель и, поверь, я был у нее не первым. А утром приперся её мужик и чуть меня не отметелил. Ну и чей это, скажи мне теперь, ребенок? Конечно, проще сделать дурака из меня, чтобы деньги тянуть до конца жизни, только я готов и на ДНК, и на суд, потому что на сто процентов уверен, что к её беременности никакого отношения я не имею.

— В ДНК и суде уже нет необходимости, — выдохнула я, не глядя на него. Зато он на меня смотрел — это я видела. — У неё случился выкидыш. И ещё она, кажется, стала что-то употреблять... ну, я имею в виду...

— Наркотики? — помог парень. — Идиотка. Я надеюсь, тут-то хоть ты ни в чём меня не подозреваешь?

— Нет, конечно. Просто пытаюсь понять... Может, ей что-то в том клубе подсыпали.

— Вряд ли. Мы почти всё время были вместе. И вообще, знаешь, мне кажется, ты не с той стороны копаешь. Этот парень её ненормальный какой-то...

— И что делать? Там соседи жалуются, говорят, полицию уже вызывали... И сама она в жутком виде. Я её никогда такой не видела. Деньги уже несколько раз занимала.

— Что делать? — переспросил Глеб, и у него появился тот же снисходительный взгляд, что и у моей мамы. — Забей и живи своей жизнью. Она сама разберётся.

— Да она уже разобралась, — пробормотала я в ответ. — Ладно, спасибо. И прости, что я тебя дернула.

— Может, цветы заберешь? — бросил он мне вдогонку.

Я лишь отрицательно помотала головой и махнула рукой на прощание. Стало ли мне легче? С одной стороны, да — я смогу нормально общаться с Глебом и не обвинять его мысленно в том, что случилось с Алёной. Но с другой... Нужно как-то помочь подруге, но как?

Не заходя в дом, я набрала её номер. Безуспешно. Длинные гудки и никакого ответа. Развернулась, поехала к ней. Сперва хотела на метро, но побоялась идти к ней одна. Набрала номер водителя.

— Иван, а Вы где сейчас?

— Я Валерия Александровича сейчас везу в офис.

— Сможете после приехать?

— Да, буду. Примерно через тридцать минут.

— Хорошо. Подожду. Спасибо.

Ждать я осталась в сквере у дома. Села на лавку, пересматривала наши с Сашей фотографии и пыталась подпитаться энергетикой тех эмоций, что чувствовала рядом с ним. Хорошо, что мы помирились. Хорошо, что он есть в моей жизни. Ещё бы наладилась жизнь у Алёны...

У дома подруги я оказалась примерно через час. Попросила водителя быть на связи — на всякий случай. Сначала подумывала подняться вверх вместе с ним, но побоялась, что доложит родителям о том, с какой компанией я вожусь. А застать у Алёны я могла всякое.

И я не ошиблась.

Дверь мне открыли не сразу, хотя из-за неё слышалась музыка и голоса. Потом на пороге появился какой-то парень, явно нетрезвый.

— Вы к нам, дамочка? — засмеялся в лицо, покачиваясь и опираясь на дверь, так что я едва не закашлялась от его запаха.

Брезгливо протиснулась мимо.

— А я Илья. А Вас как зовут?

Илья... Новый парень Алены? О, Боже...

В квартире было накурено, пахло ужасно, былые «квартирники» превратились в настоящий ад.

В комнате, где звучала музыка, я и застала Алёну в компании еще трех парней и девушек.

— Вот это гости, — раскинула руки в стороны подруга.

Первое, что бросилось в глаза — как изменилась квартира. Не было телевизора, тумбочки, полок с книгами... Даже ковер исчез. Только диван и шкаф.

— Алён, можно поговорить с тобой? — спросила, стараясь справиться с паникой. Никогда прежде мне не приходилось сталкиваться с подобной ситуацией, и я не знала, что делать. И рассказать никому не могу. Родители тут же запретят нам с Алёной общаться. Саша... а чем он поможет? У него и своих проблем с мамой хватает. А ещё работа, учёба и дедушка.

Мы перешли в кухню, и здесь тоже не было половины привычной техники.

— А где мебель?

— Да так... — она неопределенно повела плечами и сделала круговое движение руками. — Что куда подевалось.

— Ты всё продала? Это же съёмная квартира!

— Знаю, знаю. Поэтому мне срочно нужны деньги, чтобы найти другое жильё. Хозяйка придёт в конце недели, будет ора-а-ать...

— Алён, она не только орать будет, она же полицию вызовет.

— Не вызовет, испугается. У нас с ней официального договора не было. Может, я в такое жильё и заселилась.

— Но это же... — я хотела сказать «воровство», но осеклась: — Нечестно.

— Ой, можно подумать, все в Москве честные.

— Почему ты не ходишь на пары?