Поэтому вместо того, чтобы снова запихать ее в багажник, я сказал:

– Обувайся.

Девушка не спорила, наклонилась за ботинком и бросила взгляд в багажник.

– Если ты потеряла свой нож, то он у меня, – сообщил я, чтобы она не тешила себя глупыми надеждами.

– Он мне нужен, – тут же ответила она.

Ну да. Так я его и отдал. Я видел, что она сделала с Тони, а я такой живучестью, как он, похвастаться не мог.

– Садись в машину, – спокойно сказал я.

К моему удивлению, мисс Смит покорно обошла автомобиль и попыталась сесть на заднее сиденье.

– Вперед.

– Тут мне будет спокойней, – пробормотала она.

– Вперед, – повторил я и понял, что с ней будет нелегко.

Но тогда я даже не представлял насколько.

И спустя некоторое время она угнала мой автомобиль. А я стоял на дороге и смотрел, как Рейчел Смит уезжала. Удивительно, но в тот момент я даже не злился. Вовсе нет. Она поразила меня. В ситуациях, где многие люди рыдали бы и просили пощады, она брала все в свои руки и пыталась выжить любой ценой. Как только машина Тони тронулась следом, я спокойно достал свой сотовый и набрал номер беглянки. Я многое успел сделать, пока сюда ехал. Например, закинул жучок ей в сумку. На всякий случай. И не прогадал.

Она отказалась вернуться, а я и не ожидал другого ответа. Позвонил Серене, и уже через тридцать минут меня забрала машина и привезла на заправку.

Зря она вот так бросила мой автомобиль. Я забрался в свою машину и посмотрел на дисплей телефона. Девушка – или ее сумка с жучком – сейчас находилась в одной точке и не двигалась. Я сверил координаты с информацией, которую прислала Серена, и понял, что это не дом ее родных и уж точно не квартира самой Рейчел. Я скинул геолокацию Серене, и уже через пять минут у меня были все данные на владельца этого дома. Некий Джон Пратт, который работал в правоохранительных органах и проживал один.

Я вернул ее.

Но на этом мои проблемы только начались. И я не был уверен, что после Совета они закончатся.

Рейчел пробыла в моем доме неделю, но мне казалось, что мы жили под одной крышей уже не первый год. Каждый день она задавала кучу вопросов. А говорила, что не особо любит болтать. Ага, конечно.

В тот момент мы держали путь на полигон, откуда нас заберет вертолет Совета и доставит на остров, которым полностью владеют моры.

Я видел, как Рейчел нервничала. Я давно заметил, что в моменты переживаний она заламывает пальцы и постоянно смотрит по сторонам отсутствующим взглядом. Не знаю почему, но я хотел ее успокоить. Может, волновался, что она струсит и не даст показания против Тони Аллена… Или же причина крылась в другом?

– Не бойся, – сказал я. – Как только ты все расскажешь Совету, мы вернемся, и я улажу дела с обвинениями в твою сторону. И жизнь станет прежней.

– Она не станет прежней. Уже никогда.

Я бросил короткий взгляд на Рейчел и увидел ее бледное лицо. Кажется, еще секунда – и она бы лишилась рассудка.

– Останови там, я себя нехорошо чувствую, – сдавленно попросила она и указала на придорожное кафе, последнее на нашем пути, дальше – только пустынная дорога.

– У нас нет времени, – сказал я и посмотрел на наручные часы.

– Меня сейчас стошнит.

Ну нет. Только не в машине.

Я затормозил у кафе и, когда Рейчел потянулась к дверце, предостерег ее:

– Не глупи.

– Конечно, – ответила она, не с первого раза открыла дверь машины и стремительно скрылась в кафе.

Я откинулся на сиденье и уперся взглядом в лобовое окно. Совет пообещал ее не трогать. Сразу после собрания Рейчел отпустят, но, конечно же, не по доброте душевной. Все из-за моего видения, в котором она умирает. Умирает вместе с Тони. Мои мысли перебила вибрация телефона. Я посмотрел на дисплей. Номер не определился, но я все равно ответил. Не то чтобы мне мог позвонить кто угодно.

– Да?

И услышал слабый голос Рейчел:

– Киллер.

– Что случилось? – напряженно спросил я и бросил взгляд на кафе.

– Что-то не так, – прошептала она и шмыгнула носом.

Конец ознакомительного фрагмента.