Мы ещё не успели выехать на автостраду, как я под удивленный возглас одного из солдат открыл дверь и выбросил из машины Арая. Тот, не чувствуя никаких проблем, легко приземлился на лапы и продолжил путь уже на своих двоих, но почти сразу изменил свое тело, отрастил крылья и взмыл в воздух.

— Если заметите в воздухе странного монстра — не стрелять, это свой, — сообщил я по рации Аксёнову.

— Принял. Но в следующий раз предупреждай о таком, Котов, — отозвался глава операции.

Вертолет пока ещё не добрался до нас, но по сообщению уже был поднят в воздух, так что мне хотелось иметь глаза и уши где-нибудь высоко. Я отлично помню, как нас с Викторией снес грузовик, не хочу повторения такого опыта. Настроился на Арая и стал изучать местность с его помощью. Тот специально отрастил целую кучу дополнительных глаз, так что я мог смотреть одновременно во всех направлениях. Это… крайне занимательный опыт на самом деле. Помню, когда впервые такое попробовал, сразу заработал мигрень. Но сейчас я уже приноровился и легко могу использовать эту способность длительное время без каких-либо последствий.

Но всё же я немного отвлекся. Впервые я смотрел на город с высоты птичьего полета, и это было великолепно. Я без труда видел старый кремль, который с двух сторон омывала Великая. В мое время он ещё не был каменным, но тем не менее было приятно видеть знакомые архитектурные нотки, что так контрастировали с высотными башнями из камня, стекла и металла, возведенными в паре километров от него.

Подобных мест в городе, увы, не так уж много. Я никогда не считал себя особо сентиментальным человеком, но волей-неволей подобные места вызывают у меня чувство ностальгии, напоминают о времени, которое уже не вернуть. Надо бы попробовать отыскать место, где я похоронил родителей, жену и сына. И надеяться, что там не возвели какой-нибудь торговый центр…

Грузовик тем временем проехал пару улиц, не встретив никаких проблем. Держаться старались крупных улиц, чтобы в случае нападения суметь куда-нибудь отъехать. Легковые машины для здоровенной бронированной фуры — сущая ерунда, снесет и не заметит. Даже те внедорожники, на которых ехали конвоиры, были достаточно мощными, чтобы протаранить преграду, если необходимо.

А вот и первое испытание. Его я заметил раньше, чем пришло оповещение по рации. Впереди была пробка, и к сожалению, объехать её не вариант. Я направил Арая туда, но чем дальше он от меня, тем больше было помех. Картинка становилась дерганой и отрывистой, но я всё ещё наблюдал за округой. К тому же на горизонте показалась вертушка, и судя по сообщению Аксёнова, это свои.

— Арай сообщает, что пока всё чисто, пробка выглядит обычной, — сказал я по рации, чтобы держать Аксёнова в курсе.

— Арай? Ты про своего крылатого монстра?

— Да. Он разведывает местность и сообщает мне. Если появятся люди с оружием, он доложит.

Движение замедлилось, но тем не менее пробка понемногу продвигалась, а кружащий вокруг грузовика Арай, а вместе с ним и я, не замечал ничего необычного. Машина впереди включила сигнальную мигалку, и водители нехотя стали уступать нам дорогу. В конце концов, мы проскочили пробку, а вместе с ней покинули «зеленую зону», о чем нам и сообщил Аксёнов.

Теперь началась синяя, тут возможностей для нападения больше. Спустя пять минут Арай заметил, что впереди ещё одна пробка, и уже основательная. Дорогу фактически перекрыл перевернувшийся самосвал с песком. Об этом я сразу же доложил Аксёнову, но тот уже был в курсе.

— Они отрезали нам один из путей, — услышал я в ответ.

Мы повернули и выбрали другой маршрут, и тут уже всё было достаточно тихо. Мы наконец-то выбрались за пределы города и выкатили на магистраль, ведущую к Великому Новгороду. Но проехали по ней недолго, свернули на одной из развилок и дальше ехали через лес по не самым лучшим дорогам.

Мои товарищи по машине нервничали, и если первое время они пытались отвлечься, травя друг другу байки, то теперь все ощущали нарастающую угрозу, и никто уже особо не говорил. Все ждали момента, когда нагрянет буря.

И она не заставила себя ждать.

Мы выехали из лесополосы, оказались на другой автостраде, не такой широкой, как первая, и в этот момент сверху что-то взорвалось. Арай показал мне, что это была вертушка. Стреляли из чего-то очень мощного и стихийного, не защитил даже артефактный барьер, окружающий транспорт.

— Что ж, началось…

Вертолет подбили, и он, завертевшись, стал падать, а я тем временем отчаянно пытался обнаружить угрозу. Откуда стреляли и из чего?

Грузовик прибавил газу, наша машина поспешила за ним.

— А вот и гости, — вслух сказал я, увидев с высоты, что за нами мчится сразу десятка два разного вида автомобилей, совершенно обычных на вид, но то, как они ехали не оставляло сомнений — это за нами.

Позади послышались выстрелы, следом загрохотал пулемет одной из наших машин. По нам палили прямо на ходу, кто высунувшись из окна пассажирского сидения, кто залезая на крышу. У одного мини-фургона открылась боковая дверь, и из салона выкатился пулемет на самодельной подвижной платформе. Да они подготовились…

Крупнокалиберная очередь прошлась по нам, ударила и по грузовику, оставляя довольно ощутимые вмятины, но патроны были нестихийными, так что ничего критичного. Теперь загрохотали пулеметы у всех машин позади, в том числе и на нашей. По Араю тоже стреляли, так что моему другу приходилось уворачиваться от снарядов, но одна из пуль все-таки его задела. Ничего серьезного, даже царапиной для такого, как он, это не назвать, но Арай едва не упал на землю. Лишь в самый последний момент успел раскинуть крылья и вновь взмыть в воздух.