— Но ничего этого не пришлось бы делать, если бы мы пришли в назначенное время.

Если прислушаться, в его голосе можно было бы различить обвинительные нотки. Но я не рассердилась.

— Теперь, госпожа Елена, мы пойдем в сейфовый зал. Вы назовете цифры, и мы в присутствии сотрудников банка произведем выемку.

Цифры? Какие цифры? Боже мой! О чем он говорит? Я ведь не знаю никаких цифр… Наверное, господин Скоробогатов собирался мне их сообщить. Или нет?

Ой-ей-ей! Что со мной было! Как могла я уехать, не поговорив с Костей?

Именно в эту минуту ко мне пришло ясное понимание. Главным в моей поездке было посещение банка! Я должна открыть сейф. А лечение — всего лишь прикрытие, легенда…

Так, ну и что я вообще творю? И натворила?

Что, если мои действия повлекут непредсказуемые роковые последствия? Что там в сейфе? Бумаги?

Какие? Об этом, мне кажется, я догадываюсь. Но если так, что я должна с ними делать после выемки?

Или не я… А кто? Бергман? Хорошо, если он. А если я? Или еще кто-то… Ну и задача… Какая, к черту, задача?! Эти бумаги еще достать надо. Сейф.

Шифр. Цифры. Караул!

— Мне надо покурить, — придумала я.

— Мы не можем уйти, пока не придет служитель.

— Прекрасно. Вы сидите ждите, а я пойду покурю.

В голубеньких глазках господина Бергмана метнулось безумие.

— Этого нельзя делать! — закричал он шепотом.

— Ерунда. Мне надо покурить, мне надо в туалет.

Почему я должна все это терпеть? Мы же не под арестом.

Я толкнула дверь и вышла. Господин Бергман остался ждать служителя. Его состояние можно было определить как близкое к прострации.

По лестнице в пять мраморных ступеней я поднялась к выходу из сейфового зала и остановилась в нерешительности. В туалет мне было не надо, курить я тоже не хотела.

Но я сконцентрировалась, отыскала туалет, воспользовалась им, исключительно тщательно вымыла руки.

Критически оглядев в зеркале над умывальниками свое ничего не выражающее лицо, попудрила его. После чего причесалась. Испытывая к себе стойкое отвращение, отвернулась от зеркала и отправилась на поиски места для курения. Отыскав нужное место, я села на кожаный диванчик и, поставив на колени сумку, стала шарить в ней в поисках сигарет.

Мои пальцы перебирали всякую мелочь внутри сумки и вдруг наткнулись на конверт, полученный от господина Скоробогатова. «Вдруг» потому, что я про него совсем забыла…

Я раскрыла конверт и отыскала ответы на все вопросы. На том самом листке, где под номером один значился телефон господина Бергмана, под номером два — Швейцарский национальный банк, были еще номер три и номер четыре.

Теперь трудность вызывали только цифры шифра, которые я вроде как должна была знать. Я их не знала.

Не знала потому, что не встретилась с господином Скоробогатовым перед отъездом. Он бы мне их сообщил.

Или нет? Не знаю.

Он записал для меня инструкцию на листке. Весьма подробно. Я повертела листок в руках, тщательно рассматривая со всех сторон вдоль и поперек. Никаких цифр.

Да, мое затмение рассудка дорого мне будет стоить. А может, и не мне одной.

Ну, все. Покурила. Надо возвращаться. Разве что еще раз сходить в туалет.

Может, пойти и попросить Бергмана перенести все на пятницу? И за это время связаться с Костей…

Ой, мамочка! У меня все зубы заныли. Как я скажу господину Бергману? После утреннего телефонного хамства… После всей этой беготни по банку… Ой! Ой! Как живот болит… А Костя… Какой он мне после всего Костя? Господин Скоробогатов. Нет, нет, нет. Только не это…

Как бы хорошо сейчас умереть! Сразу. Тихо и достойно.

Еще до разоблачения. Умереть и не видеть ни господина Бергмана, ни господина Скоробогатова.

Ну почему я такая несчастная?

Я шла и шептала: «Цифры, цифры…» И вдруг подумалось: настоящий виновник сегодняшнего кошмара — Академик. Это он втравил меня в историю, взял с меня клятву, что я выполню его последнюю волю. Вот я и выполняю.

Это Академик подсунул мне Скоробогатова, а Скоробогатов, вместо того чтобы ехать самому с цифрами, которые знает, послал меня…

Минуточку. Послал меня. В институт красоты.

Нет, в клинику омолаживания. Да нет… Черт, как это называется? Какое-то время мозги прокручиваются вхолостую.

Ну а какая разница? Послал не в банк, а лечиться от старости. Якобы. Легенда такая. Почему? Зачем?

Секрет от кого-то. Моя поездка ради выемки документов от кого-то тайна. Вон как.

Может, это опасно? Но тогда бы Костя меня ни за что не послал. Он бы сам поехал. Тем более он цифры знает, а я нет. Если только… Если только что? Если только я цифры знаю, а он нет.