Ну, честное слово! Как ищейка!

Пришел и выискивает, вдруг что-то произошло за те несколько часов, пока его здесь не было.

Хотя почему «что-то»?!

Он же судит по себе и своему братцу. Если тот трахает всех вокруг, то и я должна была не устоять перед Марком. Мы же ночуем под одной крышей! В соседних комнатах! Какой ужас, вот так браки и рушатся! Олег сразу начал с намеков, что Марк ненадежный товарищ, и его буквально выворачивает из-за того, что я не стала выселять Марка в отель.

— Я? — Олег удивленно смотрит на меня, а я понимаю, что переборщила с раздраженным тоном. — Ничего не проверяю, просто осмотрелся.

— Ааа, — я киваю и сама толкаю входную дверь.

Сбегаю с крыльца и слышу, как Олег нагоняет меня.

— Саша! — зовет он недобро. — Ты чего завелась? Что случилось?

— Ты случился, — я разворачиваюсь к нему лицом. — Я не слепая, Олежа, и вижу, как ты смотришь на Марка. Как следователь, всё высматриваешь и высматриваешь.

Олег щурится.

Молчит.

— И вчера сидел тут весь день. Контролировал обстановку, да?

— Я хотел помочь…

— Ты бизнесу лучше помогай. Там сейчас можно зашиться без Игоря, вот и занимайся этим. А за мной не надо следить, я такого отношения не заслужила.

— Дело не в тебе, Саша. Мне не нравится этот Марк, я тебе сразу сказал.

— Я выставлю его, если он позволит себе хоть один намек, — я нервно взмахиваю ладонью.

Я и правда зла. И больше всего хочу, чтобы Олег перестал ошиваться в нашем доме и действовать на нервы. Я и так сыта его присутствием по горло.

— Хорошо, — цедит он сквозь зубы. — Я не хотел обидеть тебя.

Я киваю и сажусь в его машину. Почти всю дорогу мы проводим в тишине, Олег даже дышит тише обычного. Моя профилактическая истерика явно подействовала.

Я вообще вдруг понимаю, что мне не нужно изображать из себя железную леди. Я знаю, что все вокруг считают меня сильной, но я впервые задумываюсь о том, что сила женщины не заключается в подражании мужчине. Не в том, что она тоже может стиснуть зубы и выдержать ураган судьбы, притвориться камнем и пойти напролом. Это игры для мальчиков, там надо играть мускулами и демонстрировать волю.

У женщин другое поле. И тут сила эмоции намного важнее силы удара. А еще важнее момент, который нужно поймать для правильной интонации.

— Я первый? — спрашивает Олег, трогая ручку двери.

Я киваю и пытаюсь подготовиться к моменту, когда дверь в палату распахнется и придется перешагнуть порог. Олег делает это первым, но вскоре подзывает меня. Я пропускаю медсестру, которая коротко здоровается и уходит, чтобы не мешать.

— Саша тоже приехала, — Олег озвучивает очевидное и показывается на меня ладонью.

Я вхожу в палату. Сразу чувствую, как щеки начинают пылать, а сердце ищет выход сквозь грудную клетку. Нужно поднять глаза от пола… Но как? Это оказывается выше моих сил. К счастью, недавно пришедшая мысль о том, что я могу позволить себе эмоции по-настоящему помогает. Я ведь могу переживать. Могу бояться из-за того, что Игорь не узнал меня в прошлый раз. Могу сдерживать слезы и вообще что угодно. В моем поведении нет ничего странного в любом случае.

— Саша, — приглушенный голос Игоря разрезает воздух.

Черт.

Я не готова к этому.

Воздух запутывается в узелки в горле.

Его мягкий тембр поднимает из памяти сотню приятных моментов, но все они вмиг оказываются отравлены. Его ложь и его предательство как слой ядовитой грязи, который покрывает всё вокруг.

— Посмотри на меня, — просит Игорь, а следом раздаются осторожные шаги Олега.

Он оставляет нас, бесшумно прикрывая за собой дверь.

— Тебе лучше? — я сперва задаю вопрос, а потом отрываю глаза от пола.

Смотрю на кровать с белой простыней. На пластиковую панель с разноцветными кнопками и розетками. На бутылку воды, которая стоит на больничной тумбе.

— Более-менее, — хрипит Игорь, у него вдруг перехватывает горло и он кривится. — Я пока не встаю и со сном проблемы. Днем еще бывает отключаюсь, а ночью без лекарств вообще не получается заснуть.

Он замолкает, и я понимаю, что он замечает, что я по-прежнему рассматриваю обстановку вокруг. Я больше не медлю и перевожу взгляд на его лицо. Игорь выглядит уставшим и бледным, как и полагается госпитализированному. Он заторможен и полностью обращен в мою сторону. буквально считает каждый мой выдох.