Шрифт:
– Да.
Кивнул, так мягко…
– Старею!
Заулыбался, и даже в глазах была улыбка.
– Не сухарь, – Подумала Элли. – А кажется чёрствым как засохшая корка хлеба…
Она понимала его, – понимала – в этом мире, живя в одном мире с ним – понимала!
Она тоже попробовала суп, – готовка даётся ей всё лучше – он научил… папа!
Мужской голос пел рядом с ними «Where Are You?»:
Где Ты?
Куда Ты пошла без меня?
Я думал, ты обо мне позаботишься
Где же Ты?!
– Нашёл кассеты?
– Мне их отдали.
– Почему?
– Голос старого мира, бога лунатика!
Он вновь заулыбался, и стал каким-то другим.
Элли тоже заулыбалась, беззащитная перед ним таким.
– Почему «лунатика»?
– Он никогда не спал, тот мир! Ты бы видела! Сотни огней, тысячи людей на улицах Нью-Йорка!
– Ты жил в Нью-Йорке?
– Жил!
– А что делал?
– Учился…
Джоэл замолчал, прислушался к другой песне в исполнении того же голоса.
– Пока мне не сказали, что у меня будет дочь!
Заулыбался, счастливый, мечтательной улыбкой.
Она никогда не видела его таким, никогда!
– Бросил учёбу!? – Поняла Элли.
– Да!
– Так хотел ребёнка?
– Нет!
Она удивилась.
– Я просто… – Задумавшись начал Джоэл. – Хотел изменить жизнь…
Глава 3
– Почему? Почему «хотел»?
Странно он посмотрел на неё… Элли поняла: не знает, говорить, или нет.
– Есть просто не твоё…
Посмотрел ей в глаза.
– Я это понял с годами – не твоё!
Элли поняла его, зная его, поняла:
– Боялся!?
– Чего?! – Удивился Джоэл.
– Что у тебя не получится…
Заглянула ему в глаза.
– Ты всегда сбегаешь, когда боишься, что не получится…
В её голосе прозвучало: бросаешь, – ты всегда бросаешь, когда боишься, что не получится.
– Элли! – Возмутился он.
Посмотрел с возмущением, гневно.
– Что?!
– Я не боюсь ответственности!
– Хорошо.
– Не боюсь!
– Хорошо!
Они смотрели друг на друга, Джоэл – со смущением, – с растерянностью даже, а Элли виновато.
– Прости!
– Прощаю!
– Прости!
Она заглянула ему в глаза.
– Я не хотела задеть твои чувства!
– Хотела, – прощаю!
Он её понял, он всегда понимает, даже через гнев.
– Странный какой, – Подумала Элли. – Сердится, но прощает…
Суп остыл, она повозила его ложкой.
– Давай, подогрею!?
Она удивлённо посмотрела на Джоэла.
– Давай!
Он встал, взял у неё тарелку, перелил суп в кухонный ковш, и поставил на печь, – на плиту.
Высокий и крепкий – рядом с ним спокойно и тепло!
Элли, захотелось сказать ему:
– Давай, после ужина, я помассирую тебе ноги?
– Давай!
– На улице холодно? – Глупо спросила она.
– Осень! Прохладно!
Они посмотрели друг на друга.
– Расскажи о Саре?
Джоэл удивился, посмотрел почти с недоумением.
Прозвучало:
– Что ты хочешь знать?
– Что меняется, когда у тебя появляется ребёнок?
– Всё! Ты меняешься…
Он задумался, успокоился.
– Это похоже на любовь ребёнка к родителю – связь… Вы не можете, друг без друга – вы чувствуете связь!
Элли смутилась.
– У меня никогда не было родителей… Связь!..
Она посмотрела ему в глаза.
– Я не знаю, что это такое… Связь!
– Знаешь, – Странно, – со странной интонацией в голосе, возразил он.
Посмотрел прямо в глаза, посмотрел открыто.
– Ты связана со мной, а я с тобой…
Элли вспомнила Сэма, он спросил её «Чего ты боишься?» и она ответила ему: одиночества… Боюсь остаться одна!
Элли подумала, – Страх перед одиночеством – это страх потерять связь?
Она посмотрела на Джоэла, – подняла голову, посмотрела.
– Можно спросить?
– Спроси?
Он тоже посмотрел на неё – красивая юная женщина…
– Мать Сары… Какой она была?
Он удивился, – смутился.