Мне даже как-то стыдно стало за свои желания. Вдруг мысли материализовались?

Призрачный бал продолжался без нас. Там остались наши друзья и все те, кто попал на этот праздник с легкой руки Темного ангела. Мы же с сестрой, сославшись на усталость и ранний подъем в академию, отправились восвояси телепортом, который активировал для нас господин Рэйн.

Элрой ушел вместе с нами, но остаться у нас я ему не позволила, заявив, что Кристине сейчас не до него, да и время позднее. Поблагодарила старшекурсника за заботу о моей сестре и благополучно выпроводила его на верхний этаж, где он жил в отдельной квартире, ибо соседствовать с телепатом никто не отваживался.

Встречаться, подозреваю, тоже желающих не было, несмотря на репутацию игрока и ловеласа, которая за ним ходила. Если честно, я все меньше верила в правдивость этих слухов. Кто в своем уме начнет серьезные отношения с телепатом? Ну… кроме Крис.

Надо будет все же обсудить ее первый романтический опыт. Это же ненормально, когда парень слышит все мысли своей девушки. И дело даже не в секретах, которых между влюбленными, по идее, быть не должно, а в мимолетных обидах, несогласии, злости – во всем том, что даст повод для будущих ссор.

Эл хороший парень, признаю, но… может, ей все же лучше влюбиться в кого-нибудь другого?

Аллегро тоже надолго не задержался – доставил нас домой, перекинулся парой слов с Чумой и растворился в коконе сияющих нитей, предварительно проверив состояние Крис с помощью своего многофункционального браслета.

Правда, пообещал вернуться с лекарством. И так он это сказал, что возразить я не осмелилась, хотя могла, потому что нужные таблетки у нас в аптечке имелись. Или же просто не хотела возражать? Ведь поговорить нам на празднике так толком и не удалось.

Пока сестра заседала в туалете, я убиралась. Принесла из ее комнаты одноразовые тарелки и остатки еды, разобрала и застелила диван, чтобы ей было куда лечь, и начала мыть посуду, чтобы чем-то себя занять в ожидании безопасника.

Крис, чертыхаясь и охая, перебралась в кровать, а я продолжала торчать на кухне, поглядывая на часы и разговаривая с Чумой, которая с любопытством расспрашивала меня про сюрприз Темного ангела и про наши впечатления от него. Возникало ощущение, что ей самой очень хотелось там побывать, причем не в цифровом виде, а в человеческом, то есть, иоширском образе. Одним словом, в теле.

О том, что вернулся господин Рэйн, поняла по запаху. Да-да, именно по нему. Аромат роз заполнил небольшое пространство и, резко развернувшись, я в удивлении уставилась на три огромных букета: нежно-белый, кроваво-красный и благородный бордовый.

Три, черт бы его побрал!

И куда мне это все ставить, когда вазы другими цветами заняты? Гости же не с пустыми руками приходили. А последнюю свободную емкость с трудом удалось втиснуть букет, подаренный Арсом Кристине. Придется теперь куда-нибудь вытряхнуть крупы из банок и использовать их вместо ваз. Другого варианта не вижу.

– Лекарство в кармане брюк, – сообщил иоширец.

Он что… предлагает мне его самой достать?

Сглотнув, я продолжила стоять и смотреть на мужчину, руки которого были заняты розами. Смешок вырвался сам собой: короткий и откровенно нервный.

– Вы ограбили круглосуточный цветочный магазин? – спросила я, стараясь не рассмеяться в голос.

– Почему ограбил? – не понял он.

– Не ограбили? Значит, скупили все, что там было.

– Не все. Только самое красивое, – улыбнулся Аллегро, проникаясь, наконец, моей шуткой. – Красивое же? – нахмурился он, повертев три букета, слепленные в один, чтобы проще было держать.

– Очень! – честно призналась я. – Это нам с сестрой?

– Тебе. – Он протянул мне цветы. – Вам, – исправился, немного подумав. – Выбери, какой больше нравится, и поставь в свою спальню, чтобы напоминал обо мне.

М-м-м… как романтично! Чтобы напоминал о нем.

– Обязательно. – Пообещала я, забирая благоухающие подарки. Принеси он мне одну единственную гвоздичку, я тоже была бы счастлива. Просто потому, что это от него. Но безопасник, очевидно, решил, что у меня на день рождения цветов должно быть не меньше, чем у Крис. – Спасибо, господин Рэйн.

– Ал, – напомнил он просьбу звать его по имени, и я, кивнув, повторила:

– Ал.

Мы немного помолчали. Он сел на табурет, положив на стол уже ненужное лекарство, а я занялась цветами, невольно радуясь, что есть такая возможность. Сестра из комнаты не выходила – наверное, уже уснула. После приема таблеток ее начало клонить в сон, да и усталость сказывалась.

Все же она второй день на ногах. Спала всего ничего, еще и сидра с винами намешала. Организм у нее, конечно, крепкий, как, впрочем, и нервы, но случившееся в последние дни любого из колеи выбьет. Даже несгибаемую и вечно позитивную балбеску.