И всё же на третий день Осадник решился отправить на поиски крестьян несколько сотен человек. Гарденеру и его людям даже делать ничего не пришлось. Просто ушли в другое место, одно из тех, которые они подготовили на такой случай, оставив посланный отряд самолично разминировать своими телами ловушки. В лагерь к Тиреллам вернулась только половина посланного отряда, да и то, с пустыми руками, а потому кошмар просторского воинства продолжился и на третью ночь. Тактика лазутчиков оставалась неизменной: прийти, поджечь, выманить, уничтожить. Ничего сложного.

Правда и командиры Тиреллов не отставали от Эдмунда в попытках оказаться в победителях. На этот раз они решили использовать конницу, что было с одной стороны в разы эффективнее для того, чтобы настигнуть противника, а с другой делало из всадников прекрасную мишень для сотен крестьянских лучников, которые никуда не девались, ожидая хорошей возможности для прострела. Конечно, всадники отличались от обычного ополчения и пеших рыцарей, в основном за счёт крепких лат и мобильности, но даже это не могло их спасти от случайного, но весьма точного попадания. Животных было жалко, а вот людей уже не очень, т.к. всадники в основном состояли из числа благородных и опытных членов войска Мейса Тиреллов.

Так продолжалось около недели, ещё один день и войско Простора выйдет из Королевского леса и пойдёт свободным маршем на столицу, чего никак нельзя было допустить. Тирелл гнал оскудевшее войско нещадно, на чистом упрямстве или же их страха, ведь возвращаться бы пришлось той же дорогой. От всадников за это время осталась тысяча с небольшим, а от боеспособного ополчения едва набралась бы и половина от прежнего числа. Задумка Эдмунда сработала прекрасно, уходящие в самоволку люди начали появляться уже на второй день после начала нещадного противостояния просторского воинства и обученных Эдмундом партизан, которых таковыми можно было назвать с большой натяжкой, но всё же.

Прибавляющееся количество раненых и убитых, бессонные ночи и постоянное напряжение боевого духа людям не добавляли. В какой-то момент люди стали сбегать десятками человек за час пути, из-за чего Тиреллу даже пришлось выступить с импровизированной речью полной золотых обещаний, но ожидаемого эффекта это не возымело, да и положение не спасло. Сам Гарденер потерял к этому моменту безвозвратно около полутора десятка рыцарей и наёмников, а также с полсотни крестьян, что уходили вместе с теми в вылазки к лагерю противника. Его потери были намного меньше, чем у Тирелла, в основном за счёт того, что раненых удавалось ставить на ноги практически мгновенно. В общем, счёт избранника Семерых шёл исключительно на количество убитых в то время, как Осаднику приходилось ещё считать и заботиться о многих раненых. С таким количеством людей, даже с большим успехом, не получится взять столицу без посторонней помощи.

На этой ноте Гарденер мог бы остановиться, позволяя Тиреллу бесславно дойти до стен Королевской гавани, чтобы позорно дожидаться войск младшего Баратеона, а самому как раз таки заняться подготовкой к встрече со штормовиками. Однако, наследник Дубового трона хотел большего – финального аккорда и полного разгрома сил неприятеля. Ему не хотелось оставлять лорду Хайгардена и малейшей возможности для того, чтобы чувствовать себя победителем. Нет, этого унижения Тирелл не забудет, это ему был готов обеспечить наследник Дубового трона в полном объёме.

В последние несколько дней от повозок и обозов, которые выступали стенами просторского лагеря практически ничего не осталось. Раненых приходилось везти лошадям на импровизированных поддонах из остатков телег и укрытый лоскутами разорванных настилов и шатров тех, кому они уже не пригодятся. Начало повторятся то, что случилось с просторцами в первую ночь, но спасительные поля Королевских земель были совсем рядом, ещё немного продержаться и этот кошмар был бы окончен. Заграждений из поваленных деревьев на этом участке пути было минимальное количество, так что армия Тирелла двигалась без препятствий, но медленно, ибо усталость брала своё и даже страх не мог подгонять их так, как раньше.

Гарденер решил для себя поставить в этом деле точку. В последнюю ночь он окончательное разберётся с Тиреллом и ещё раз напомнит ему о том, что в Хайгардене он и его семья находятся на птичьих правах. Без смертоубийства понятное дело, всё-таки лучше было иметь дело с пустоголовым главой дома золотых роз, нежели с их матриархом, которая в случае смерти сына получит всю полноту власти в Просторе, как регент при молодом Уилласе. Данная особа могла бы стать для Эдмунда большой проблемой, если бы занялась им всерьёз, имея все ресурсы верховного лорда Простора. Так что Осаднику в каком-то роде повезло, что он уродился куда более бестолковым человеком, чем мог бы быть.

Это решение наследник Дубового трона и озвучил своим людям днём во время небольшого собрания. Посылать людей на убой он не собирался, но успокоил их тем, что сам возглавит эту операцию, не всё же ему отсиживаться за их спинами. Узнав о его решении, стали разрабатывать план. Рыцарям будто бы только нужна была возможность проявить себя, по-другому объяснить нахлынувший на них энтузиазм Эдмунд не смог. Крестьяне же только пожали плечами, ничего нового от них не требовалось, прямого столкновения для них не планировалось.