Медленно поднявшись, я потянулся, всё ещё сидя на кровати. Нужно было некоторое время, чтобы окончательно проснуться. Окинув взглядом небольшую, но такую уютную комнату, мне сразу захотелось встать и уйти. Ведь когда, если не утром, солнце раскроет хитрый план армии пыли, которая собиралась захватить моё убежище. Хорошо хоть пауков не было здесь никогда.

Из угла, где стояла кровать, хорошо был виден небольшой столик с бумагами и чернилами. Я пытался что-то рисовать, но выходило настолько плохо, что я сразу бросил это дело, а бумага так и осталась страдать от влияния времени.

Окончательно встав, я сгрёб бумагу и закинул её в сундук со всеми вещами. Чернила оказались уже засохшими, так что закрыв крышкой баночку, я кинул её к бумаге. Может, дедушка потом что-то с ними сделает.

Обычный деревянный сундук, не выделяющийся богатством или красотой, занимал добрую половину комнаты, из-за чего она казалась и вовсе крошечной. Дедушка сделал мне его на день рождения, до этого все вещи валялись просто разбросанными по полу, из-за чего очень быстро становились грязными.

Но жаловаться было не на что, ибо, по каким-то причинам, наш дом был единственным двухэтажным во всей деревне, так ещё и на половину каменным. Дедушка всегда хитро улыбался, когда поднималась эта тема, но причины всё ещё окутаны тайной для меня.

Заправив кровать, я спустился по лестнице на первый этаж, где меня встретил храп старика. Дедушка, как обычно, спит до обеда. Почему-то он не захотел возводить стены, поэтому его комната была и кухней и кладовкой, а в центре стояла печь, дымоход которой был ещё и опорой для дома. Она не только обогревала зимой весь дом, но и представляла собой место, где мы готовили в любое время года.

Поджарив на печи яйца, которые любезно предоставила нам соседка, я хорошо наелся и вернулся к себе, чтобы переодеться.

Белая свободная рубашка и тёмные брюки, вкупе с коричневыми ботинками — единственный наряд, не считая пижамы, который у меня был. Дедушка всегда говорил мне одеваться так, чтобы все девушки бегали за мной, а сам ходил в старых одеждах, которые как будто древнее его самого. О каких девушках он говорил, я никогда не понимал, ведь кроме меня, детей тут больше не было.

Выглянув в окно, я увидел медленно шагающую соседку с кувшином молока. Схватив белое полотенце, я быстро побежал вниз и выскочив из дома, напугал бабушку своим неожиданным появлением. Она быстро поменялась в лице мило улыбаясь мне. Ещё до того, как она что-то сказала, я обнял её, хоть и был сильно ниже.

— Привет, бабушка Крис!

— Просила же, называй меня просто Крис, мы же друзья, в конце концов, — всё ещё улыбаясь сказала она, показывая свои золотые зубы, которые постоянно ослепляли меня.

— Но всё-таки, я уважаю тебя, — парировал я, улыбаясь в ответ.

— А ты у нас всё также умён не по годам, хи-хи-хи! — захихикав, бабушка протянула мне кувшин молока. — Сегодня бедновато, надеюсь вам хватит этого…

— Спасибо за угощение! — выкрикнул я и вмиг избавился от молока, вылив его в свой живот. Отдавая кувшин обратно, я сдержал отрыжку и усмехнулся.

— Опять оставил старого засранца без молока, ха-ха-ха-ха!

— Апчи! — из дома послышался пчих, за которым последовал такой знакомый монотонный храп.

Посмеявшись от души, я попрощался с бабушкой и побежал к ближайшему ручью, чтобы умыться. Пробегая маленькую деревню, я здоровался со всеми кого встречал. Как обычно, жители этой деревни с самого утра работают. Кто в саду обрезал ветки; кто на грядке собирал овощи; кто вышивал крестиком; каждый имел дело, которое ему нравилось. Никаких конфликтов и драк, все тут знакомы столько лет, что и не сосчитать.

Утрення пробежка по зелёному полю взбодрила меня и предала уверенности в сегодняшнем дне. Мысли об игре в мяч с дедушкой, исследованию леса и просто беззаботной жизни поднимали настроение и улыбка не сходила с лица.

Наконец-то я добрался до ручья. Прозрачная водичка стремительно бежала из леса. Надеясь, что никакой зверь не справил свою нужду выше по течению, я снял обувь, подвернул брюки и вошёл в воду. Прохлада вмиг охватила ноги и медленно пошла вверх по телу, от чего зубы ритмично защёлкали. Аккуратно присев, чтобы не намочить одежду, я начал умывать лицо.

Из-за потока воды, моё отражение было расплывчатое, однако всё равно виднелись спадающие на лоб золотистые волосы, и глубокие синие глаза. Дедушка говорил, что эта внешность идеальна для завоевания девичьих сердец. Почему-то это постоянно смущало меня.