Но долго это не продержалось, ещё полежав секунды три, даже не дыша, я смог расслабиться. Молнии пропали.

Глубоко вдохнув, я немного успокоился, однако пульс в висках всё ещё сходил с ума.

Почти сразу же как разлёгся, я услышал треск языков огня у своих ног. Игнорируя боль, я вскочил с положения лёжа и моему взору раскинулся небольшой костёр, который медленно потухал, удивляло ещё то, что горели исключительно листья, ветки же даже не намеривались греться.

Действовать нужно было быстро.

Быстро вбежав в свой туннель, я просто сгрёб как можно больше веток и побежал обратно.

Отрывая один листик за другим, я бросал их в костёр. Горели они просто замечательно, и как для обычных листьев, держались очень долго. Таким образом, через пять минут, у меня был полноценный большой костёр. Со временем, пламя дошло до своего пика.

— Получилось… — прошептал я себе под нос. Лёгкая улыбка расплылась на моём лице. Я был очень горд за себя, уверен, дедушка тоже гордился бы мной.

Но молния всё не давала покоя. На небе нет и облачка, так откуда она резко взялась и ударила идеально в мою кучу веток?

Потом об этом подумаю, живот начинал уже скручиваться от голода и издавать ужасно жалобные звуки.

Притащив ближайший камень по ближе к костру, я снял рыбу с кинжала, и поставив на импровизированный столик, начал разделывать её.

Схватив рыбу за хвост, я начал повторять все движения бабушки Крис, провоцируя их у себя в памяти. Вставил кинжал ей в брюхо и дальше всё пошло ка по маслу. Удалив всё лишнее изнутри и отрезав кожу, остались только парочка косточек, от которых тоже не составило труда избавиться.

Закончив со всем, я выдохнул с облегчением. Наконец-то всё готово. Даже вспотеть успел от такой ювелирной работы. Конечно, это далеко не идеальный результат, но для первого раза более чем хорошо.

Вдохнув в очередной раз, мой нос уловив еле заметный запах. Я впервые чуял что-то подобное, но он очень сильно привлекал. Начав принюхиваться как собачка, мой нос привёл меня к костру. Листья не только хорошо горели, но и издавали вкуснейший запах.

Это натолкнуло меня на мысль. Рыба без специй, очевидно, такое себе блюдо. Но что если… Добавить в рыбку листья. Вряд-ли же такой вкусный запах будет таить за собой какой-то яд, верно?

Сомневался я не долго, живот подталкивал к решениям в свою пользу.

Сделал я пару надрезов вдоль филе и вложил туда по листику, надеюсь это поможет пропитать рыбу этим сладко-острым ароматом.

Дым от этого костра и сам прекрасно бы справился с запахом, но на вкус это повлияло бы не так сильно, как эта небольшая хитрость.

Выхватив с кучи достаточно острою ветку, я направился к реке, чтобы по полоскать её и в последствии насадить на неё свой сочный и огромных кусок филе.

' Наверное стоит порезать филе на более маленькие кусочки…' — размышлял я, направляясь обратно к своему лагерю, если его можно таковым назвать.

Похоже, что вор оставил меня, или он искусен только в своей среде обитания. Не сейчас об этом думать, живот со своим предвкушением затмевал остальные мысли, так что я решил сыграть под его дудку.

Доведя филе до идеала, я насадил его на палку и принялся держать её над огнём, время от времени подкидывая листья.

Аромат стоял не слабее, чем на кухне Крис. Воспоминания о вкусной еде и проведённом времени в деревне нахлынули на меня, но я уже научился с ними справляться. У меня есть цель…

Вкуснейший аромат не дал мне закончить мысль. Дым, уносивший за собой приятные нотки запаха пищи, медленно уходил в лес, и если в нём обитают хищники, мне точно несдобровать.

Я усилил свои глаза аспектом, это сделало моё зрение более острым, но осматривая весь этот тёмный лес, меня не покидало чувство полной слепоты. Как будто, кто-то затуманил моё зрение, и я не видел ничего дальше первого ряда деревьев.

Хватка ослабла и я почти уронил рыбу в огонь.

— Вот же… — еле как удержал я свою еду. После этого, всё стало очевидно. Тело дошло до предела, столько времени без сна и еды ударили в один миг всем, что копили целый день.

Ожидание превращалось в мучение. Мышцы расслабились, так что палку пришлось держать обеими руками, а взгляд был почти невозможно сфокусировать. Веки становились всё тяжелее, но мне нельзя засыпать, хотя бы до тех пор, пока я не поем.

— К чёрту… — свалившись на землю, я потащил за собой палку и ухватился за другой её конец, который был всё такой же холодный, будто только из леса.

Вцепившись зубами в рыбу, я начал пожирать полусырое филе. Хоть оно не было готово, но даже так, ничего вкуснее в этот момент я не мог вспомнить. Слёзы радости начали стекать по впалым щекам, усталость и голод довели моё тело до полного упадка. Напади на меня кто-то сейчас, я вряд-ли выживу.