Теперь же, без шубы, в одном только пальто в полоску поверх такой же жилетки (в банде все носили пиджаки без жилеток, а вот Ордаргар — наоборот, жилетку без пиджака), он опирался на плечо подчиненного и… качал в воздухе окровавленной культей левой ноги, замотанной в изорванную брючину.

— Аркар! — поправляя монокль с черным стеклом, проревел Ордаргар, не обращая внимания на притихшую публику. — Созывай всех! У нас намечается веселье…

Глава 67

На мгновение в зале повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь мерным стуком капель крови, падающих через обмотку культи на ноге Ордаргара.

— Уважаемые посетители, — хрипящим тоном, произнес Аркар достаточно громко, чтобы его услышали все без исключения. — Наш бар приносит вам свои искренние извинения за испорченный вечер. Прошу, проходите на выход. Ужин оплачивать не нужно. Все за счет заведения. Еще раз — приношу свои искренние извинения.

Народ, бросая пугливые взгляды в сторону громадного, истекающего кровью, но не перестающего сверкать безумной улыбкой орка, начал постепенно собираться. Откладывая в сторону столовые приборы, не допивая алкоголь, они забирали шляпы, перчатки и спешили на выход, где молодой орчонок (ростом с Арди) выдавал им одежду и провожал на улицу.

В глазах Аркара застыла смиренная скорбь по тем деньгам, что бар упустит за следующие недели. Вряд ли, даже завсегдатаи, в ближайшее время решаться снова прийти в свое любимое заведение. Именно поэтому орки здесь никогда и не занимались темными делами.

Витрина всегда должна оставаться чистой при любых обстоятельствах. И, видимо, произошло нечто из ряда вон выходящее, раз глава банды решил нарушить данное правило.

— Пойдем, — Тесс взяла Арди за ладонь и потянула к лестницам.

Ардан не сопротивлялся. Закрыв гримуар и заложив карандаш за ухо, он отправился следом за своей… подругой? Интересно, а в каком статусе отношений они с Тесс находились? Он за ней ухаживал — бесспорно, но они вместе не, да простят его правила приличия, не спали в одной постели и не жили под одной крышей.

Как у людей все сложно…

— Аркар, — громыхнул Ордаргар, когда подчиненные уже почти дотащили его до отдельной комнаты. — Нам потребуются все активы.

И глава банды мазнул взглядом по Ардану. Ну разумеется тот знал, что Арди задолжал Аркару… Вряд ли Распорядитель Орочьих Пиджаков не сообщил о событиях в фабричном районе и сделке с Красной Госпожой. А значит и предъявил весомое обоснование почему так поступил.

— Ард, — не заставил себя ждать Аркар. — Ты мне слово давал.

И он ведь действительно обещал. И дело вовсе не в каких-то там клятвах, которые практически не имели никакого смысла для Арди выросшего, все же, не только в горах Алькады, но и среди ковбоев Эвергейла.

Клятва — значения не имела.

А вот данное слово — еще какое. И, тем более, Аркар, в трудную минуту, действительно помог, хотя и не был должен, так что не отплатить тем же Арди попросту не мог.

Тесс отпустила его руку и посмотрела на него с выражением лица, на котором легко читалось « я знала, что так оно и будет».

– Тесс, я…

— Просто пообещай, что вернешься, — произнесла она, дотрагиваясь ладонью до его щеки.

— Обещаю.

Она слегка притянула его вниз, запечатлела короткий поцелуй и исчезла за дверьми, ведущими на лестницы.

И несмотря на то, что она ему не возражала, не пыталась остановить или отговорить, то… почему Ардан все равно чувствовал себя так паршиво? Может именно так ощущал себя отец, когда уходил в очередной обход Алькады?

Матушка никогда не провожала его, стоя на крыльце. Во всяком случае — отец этого не видел. А вот Арди, остававшийся в доме, всегда подолгу держал края платья матушки, когда та неотрывно, стоя на втором этаже, глядела в окно. Глядела даже тогда, когда отцовского силуэта уже и не увидишь.

— Ард, — махнул рукой Аркар.

Ардан вздохнул, отвернулся от лестниц и, вместе с другими орками, подошел к отдельной зоне диванчиков.

Двери в отдельную комнату закрепили на штырях, чтобы не закрывались. Самого Ордаргара усадили за стол и, один из орков — намного старше остальных, с зеленой кожей, покрытой черными татуировками, сняв пиджак, достал из саквояжа какие-то склянки, банки, кожаный сверток с хирургическими предметами и попросил:

— Мне нужна горелка, широкий нож для рубки мяса и виски, — в его рычащем голосе звучали легко узнаваемые нотки степного акцента. — Много виски. Очень много.