Чиоко вопросительно приподняла брови.

— Тиба, — пояснила Окумура. — Он написал анонимку. На меня. За то, что я Кэйташи прикрыла. И вышло так, что… Это, наоборот, в плюс сыграло.

Чиоко покачала головой.

— Бывает же, — произнесла она.

— Да, — Рика затянулась. — Конечно, это мне не забудут… Но, благодаря выходке Абэ, у меня теперь репутация жёсткого руководителя.

— А его ты? — спросила Камата.

— Он уже говорил, что готов, — ответила Окумура. — Да и с другой стороны. Там зарплата больше. Не подвал. Странно, если он вдруг в отказ пойдёт.

— Ну, да, — Чиоко нахмурилась. — Сколько у меня времени?

— Думаю, пара недель, — ответила Окумура. — Пока приказ, пока процедуры. Но потом мне надо будет говорить. Тебя представлять или пусть ищут другого человека.

— А Кумагаи? — спросила Камата.

— Она не захочет, — ответила Рика. — Томоко… Сама знаешь. От денег она не откажется. Но пробиваться, командовать… Интриговать, вот это только скажи.

— Так это ты большую часть с собой утащишь, — произнесла Чиоко.

— Ну, пока всё закрутится, новых людей набрать и обкатать успеем, — заметила Окумура. — Опять же… От студентов я буду избавляться. Так что четыре вакансии уже есть.

— Они что-то сделали? — спросила Камата.

— Стояли около турникетов полчаса, — ответила Окумура.

— Н-да, школьники, — вздохнула Камата.

— А мне даром не надо разбираться в их нежных и ранимых душах, — холодно заметила Рика.

— К этому шло, — спокойно произнесла Чиоко.

— Вот именно, — поморщилась Окумура. — Я же понимала, что так и будет. Но…

Она затушила окурок о край мусорной корзины.

— Больше жалеть не буду, — твёрдо произнесла она. — Не хочешь работать — не держу. Не всё же время Кэйташи будет ходить и бить.

— Да, это было бы немного неправильно, — усмехнулась Чиоко.

* * *

Два часа дня. Столовая

По причине воскресенья, в столовой никого не обнаружилось. И обед, так-то, уже прошёл. Но правила внутреннего распорядка не расписывали строго время приёма пища. Потому что начальник тебе такой втык вставит, если пойдёшь в неположенное время или слишком долго будешь трапезничать.

Но у Кэйташи имелся личный бонус, поэтому он спокойно и неторопливо насыщался в одиночестве. И уже почти закончил, как у него брякнул телефон.

«Хэй, хулиган!»

«Сегодня, что делаешь?»

Странная у Сэнго привычка — отправлять по предложению.

«Как и вчера, планов нет, — ответил Кэйташи. — Можешь меня использовать».

«Ты что?»

«Обиделся за вчера?»

«Меня просто начальница внезапно озадачила».

«С чего мне обижаться? Мы же не встречаемся. Занята, так занята».

Пауза.

«Хм».

«А вот сейчас почему-то мне обидно стало».

«То есть, если я бы обиделся, тебе было бы лучше?» — ехидный смайл.

«Не знаю».

«Хотя»

«Да»

«Было бы лучше»

Кэйташи усмехнулся. Н-да.

«Слегка эгоистично, не находишь?» — смеющийся смайл.

«Ой, да тебя таким не пробить».

«Так что?»

«Во сколько?»

«Условия ровно те же, — ответил Кэйташи. — Как начальница отпустит».

«О-о!»

«Ты опять на работе, что ли?»

«Ну, да. Понимаешь, люблю покушать. И, желательно, каждый день».

«Ладно. Занятый мужчина. Отпиши, когда освободишься».

«Хорошо».

Кэйташи убрал телефон в карман… А тот снова спиликал.

«А может, мне в твой отдел зайти?»

«Зачем?»

«Ну, ты что, не хочешь?»

«Коллег удивить?»

Парень покачал головой.

«С какой целью?»

«У-у!»

«Скучный ты!»

«Фу быть таким!».

Усмехнувшись, Абэ убрал телефон и поднялся. Дошёл до мойки.

«Интересно, оригинальный Кэйташи встретил бы Сэнго? — пришла ему мысль. — Она — обязательный чек-пойнт? Или это уже моя инициатива? Хм. Кэйташи тоже приходил в тот парк. И Сэнго сама подошла».

Занятно. Реперные точки. И не угадаешь заранее, какие именно люди или места, ими являются.

«Как всегда, в общем, — усмехнулся парень. — Везде и со всеми… Надо свою линию тянуть».

Вымыв контейнер, он оторвал бумажное полотенце, вытер посуду. Оторвал ещё одно, для рук.

«Вот, даже не туда выброшенное полотенце, — подумал он, бросая упомянутый предмет в корзину. — Может сыграть роль».

Ладно. Оставим философию для состояния дзен. Курить и работать…

… Зайдя в курилку, Кэйташи обнаружил там двух парней из курьерского отдела, который, как и архив, находится в подвале. И курьерский был совсем небольшим, всё же эпоха исключительно бумажного документооборота всё больше отдаляется.