Ухватившись за верхушку частокола, подпрыгнул и навалившись броником на колья, перевалился через него, словно куль с говном. Ну а чего еще ожидать, если во мне под девяносто кило собственного веса и еще килограммов сорок нагрузки. Тут не до красивых сальто и кувырков, да и я никогда паркуром не страдал. Лисичка перепрыгнула с разбега и грациозно приземлилась на четыре конечности, сразу вставая и принюхиваясь.

— Я в дом, добивай пока этих, кричи, когда через забор полезут, — скомандовал я и кинулся к бывшей охотничьей избушке.

Демонический глаз показывал, что внутри есть около десятка тел, так что, вломившись в дверь с ноги, я был готов открыть шквальный огонь, но это не потребовалось. Внутри была лишь кровать и прикованные в кандалах девушки, разной степени обнаженности. Кто-то уже не первой свежести, а кто-то еще очень даже живой.

— Спасите! — на перебой заскулила парочка еще живых девиц, явно из недавно похищенных, я лишь молча оглядел уже мертвых. Не вооружены, но также, как и остальные прикованы.

Открыл рот, чтобы не оглохнуть, после чего одиночными в грудь, добил мертвых девушек, дабы они не помешали. Оставшиеся живые завопили, зажимая уши от грохота, но тут уж ничего не поделать, на их успокаивание у меня времени нет.

— Хозяин! — донесся окрик с улицы. Я выглянул и зло сплюнул, перехватывая автомат поудобнее.

Некромант учел, что я могу положить большую толпу, а потому, мертвецы скрывались меж деревьев, не желая пока что лезть к частоколу и судя по подсветке сигнатур, неплохо так рассредоточились на местности. Тем временем ночь уже полностью вступала во власть. Небо потихоньку начало затягивать тучами, предвещая ночной дождь. Как-то неприятно закололо меж лопаток. Чуйка подсказывала, что ночка будет долгой… Еще и человеческий глаз перестал видеть что-то дальше пары десятков метров. Подсветки-то никакой не было, кроме фонаря, а тот я пока что не включал, чтобы не слепить свой правый, демонический глаз.

— Пушистик, в дом! — приказал я и припадая перед входом на колено и вскидывая автомат. Что ж, если он решил поиграть в кошки-мышки и достать меня подсылая малые группы с разных направлений, надеясь, что я кого-нибудь не замечу, то стоит дать ему понять, что я в этой истории Джерри, а он получит по хлебалу. Когда я до него доберусь конечно же.

Затишье перед боем напрягало. Меж лопаток уже натурально зудело, заставив подернуть плечами, чтобы ощущение хоть как-то подспало. Шея под весом шлема начала затекать, как и колени от сидения с большой нагрузкой. Мертвецы же ждали. То ли некромант еще продумывал план, то ли готовил какую подлянку. Мощностей моего глаза не хватало, чтобы увидеть сигнатуры под землей, так что я понятия не имел, что там творится за дверьми в подземелье. А вот движений меж деревьев не было. Мертвецы просто замерли, максимально укрывшись за мощными стволами. Как жаль, что 5,45x39 на это наплевать.

Стараясь выцеливать сердца, принялся отрабатывать одиночными. Тяжко, конечно, когда руки подустали от нагрузки, да пот после физнагрузки и жары от ношения шлема, начинает заливать глаза. Примерно после восьмого свалившегося замертво легионера, некромант понял, что я прекрасно вижу его бойцов. Поэтому, не придумав ничего лучше, он отправил всех сразу. Что ж, мне же проще, Первым делом я выбрал сектор, где было больше всего мертвецов. Он оказался прямо справа от входа в дом. Там бежало сразу штук двадцать. Не экономя патронов, попросту вдавил спуск, в одну длинную очередь. Добивать буду потом. Если выживу сам. Шестидесятник улетел секунд за семь. Я все-таки отсекал длинные очереди, чисто чтобы ввести поправки и не усаживать совсем уж в пустоту. Пустой магазин улетел под ноги. На сей раз менял правой и брал наиболее удобный магазин с бедра, сразу примыкая и отдергивая затвор. Добивать остатки той группы не было смысла, поскольку там дергалась лишь парочка сигнатур. Раненых конечно могло бы быть и больше, но они остались за изрешеченным частоколом.

Подобная участь постигла еще несколько больших групп, подступавших с других направлений, так что к моменту, когда мертвецы начали переваливаться через забор, я положил по меньшей мере штук сорок. Что, впрочем, не остановило мертвецов, когда те начали напирать, вставая после забора. Наконец, не придумав ничего более тупого, я резко захлопнул дверь в дом.

— Запрись и не высовывайся! — гаркнул я и кинулся в противоположную от дома сторону, оббегая котлован. Мертвецы, заинтересованные лишь во мне, направились в мою сторону, игнорируя притаившуюся лисицу.

Я же, выиграв разрыв дистанции, принялся отстреливать прущие на меня толпы короткими очередями, проходясь по сектору слева-направо и обратно. Все как в упражнении «двигайся-стреляй», когда ты сначала даешь пару очередей, затем перебегаешь, занимая новую позицию. Обычно мы так отрабатывали перемещение в двойках, чтобы второй номер прикрывал первого огнем, пока тот перебегает. Но тут я работал в одиночку.

Пара очередей сбривала максимум трех-четырех мертвецов, что падали под ноги прущим вперед легионерам. Изуродованные трупы, что и так были обезображены огнестрельными ранами и множественными кровоподтеками. С посиневшей кожей и трупными пятнами. С высохшими глазами и застывшей гримасой боли и ненависти на лице. Все больше походило на картину из кошмаров или фильма ужасов, нежели на красивые сказочки об эльфах и кошкодевочках.

Вонь гнили, смешанная с болотными запахами и продуктами сгорания пороха, так и провоцировала желудок на спазмы. Жутко хотелось проблеваться, но я сглатывал подкатывающую к горлу рвоту, встряхивал головой, сгоняя капли пота с бровей и бежал дальше, колеся вокруг котлована и отстреливаясь очередями. Когда кончались патроны, я вместо стрельбы, заняв позицию, дрожащими руками отмыкал пустой магазин и впихивал новый. Иногда не получалось и я, уровнив полный магазин, просто доставал следующий, не теряя время на подьем матбазы.