— В бой! — крикнула она фальцетом.

Из прорех выскользнули гибкие, стремительные летающие твари, они змеисто метнулись в нашу сторону по воздуху; грозовые элементали взмыли им наперерез. На вершину Шпиля повалила густая масса терзателей: мохнатых демонов со множеством бритвенно-острых когтей. Малоразумные и слепые, но мощные, они мчались вперёд и кромсали того, на кого укажут. Завершая живой демонопад, из прорехи выступил высокий и худой младший оверлорд чёрной крови — точно такой же, какого я предусмотрительно купил в последний момент за двойную цену.

— Уничтожить! — моментально рявкнул я.

И за три следующих секунды на оверлорда упали две плазменных капли от витражника; три молнии от аквисс; зеав-менталист наконец отработал свою стоимость и сбил разум оверлорда на несколько мгновений, этого хватило, чтобы демон потерялся и не справился ни с одной из упавших на него атак. Стальные друды седьмой ступени растерзали его прямо посередине собственного войска, защищая себе спины панцирем сомкнутых крыльев. Три секунды — и у мохнатой копошащейся массы не стало направляющего хозяина.

Хотя почему это «не стало»? Хозяин-то был.

— Подчинить! — приказал я, и мой оверлорд занял место чужого.

Алара в шоке смотрела, как за шесть секунд мечущиеся в хаосе терзатели осознали мысленный зов нового оверлорда — по сути, он ничем не отличался от предыдущего. Зеав помог собрату-менталисту установить контроль за самыми непонятливыми из демонов.

— Добить! — я указал на остатки всепожирателей и на тёмных змеящихся тварей, которых друды прижимали к земле.

И собственные силы Зияющих расправились друг с другом, мои кристалносцы величаво растоптали тех, кто остался, а схарры, залитые кровью с головы до ног и очень этим довольные, добили тех, кто ещё был жив. Спустя две минуты после начала бой был закончен и ни одной демонической твари больше не осталось. Прорехи Нокса медленно сгладились.

Петрович убрал окровавленный ключ в инвентарь и демонстративно зашёл в Луч, аурис пронзил его, беспрепятственно проходя сквозь человеческое тело и уносясь вверх. Кряжистый и невзрачный, в этот момент слесарь выглядел почти эпично. Дыра в одежде на его груди осталась от первой смерти, там, на развалинах цитадели, и подчёркивала героичность поражений и побед.

— Конец, девка, — сплюнул он, утирая кровь с пораненного лица.

Алекс и я подступали справа и слева, бежать было некуда, если только прыгнуть вниз.

— Нет, нет, — пробормотала Алара, сжимаясь и отступая на самый край Шпиля. Её скрутил спазм неприятия, она не могла принять исход. — Я отказываюсь, я владычица долины! Я не могу быть собственностью жалких…

— А что делать, вариантов нет, — нехорошо хмыкнул слесарь. — Хорош упираться, признавай поражение.

Но оказалось, что у Алары есть последний вариант. Она не могла напасть на нас, потому что мы были такого малого уровня. Но царевна могла применить добровольное понижение, ибо в Башне было такое слово силы. Алара крикнула его отчаянно и яростно — мгновение, и мы увидели, как она с 66-го уровня (!) падает на максимальный приемлемый для того, чтобы драться с нами напрямую: 13-й. В следующий миг девчонка пустила расходящуюся вокруг волну диспелла магии и развеяла «Внутренний свет».

Облегавшее нас сияние угасло, потоки тьмы с чёрного солнца дохнули убийственным дыханием, и у меня на секунду померкло в глазах.

Старший Распад Нокса, ранг мастерский. Постоянно действующий поток излучения: –1 хит в секунду, –1% прочность вещей в секунду, 1% ослабления всей магии в секунду.

Охренеть. Если мы не убьём девчонку в ближайшие секунды, то половина наших израненных бойцов закончится. Но проблема не в этом, оставшиеся по-любому бы добили царевну, ей не справиться с таким количеством врагов, особенно с кристалносцами, её бы просто растоптали. Вот только загвоздка в том, что если Алара победит нас троих, то испытание претендентов будет провалено и мобы просто исчезнут, а штурм завершится.

Мы были здесь, на расстоянии пары метров. И царевна бросила на нас всё, что могла.

Жгут скрученной вибрирующей тьмы хлестнул по Алексу и обернулся вокруг него, мешая магу кастовать и нанося урон, я видел, как под жгутом расползается и идёт дырами красивая вышитая роба.

Серия кратких росчерков тьмы метнулась в сторону Петровича, который выскользнул из Луча и бросился к царевне, на ходу исчез, уходя в свой ассасинский стелс — но росчерки били по площади, и сразу несколько врезались в невидимого слесаря, окатив его градом чёрных клякс и сделав очень даже видимым, а заодно ослепили, залив чернотой лицо. Петрович глухо зарычал и метнул нож вслепую, причём попал, но царевна отбила его голой ладонью, на которой вздулась вязкая защитная прослойка мглы.

Но главный удар Алара приберегла для меня. Воющая пасть пустоты с рёвом слетела с её искажённого лица, промчалась в воздухе и пробила меня насквозь. Благодаря разнице в уровнях и силе магии, а ещё редкому мерцу, который девчонка без малейших раздумий потратила — это заклятье царевны снимало шестьдесят хитов. Оно проделало во мне широкую дыру и убило меня мгновенно, ведь, к сожалению, хитов у меня было всего-то двадцать.

Алара замерла, в офигении глядя на то, как легко удалось уничтожить главную угрозу. И тогда взъерошенный варлинг с двумя зазубренными каменными кинжалами ударил царевне в грудь. Иллюзия спала, вместо Яра с дырой в груди появился низенький крысолюд, которому снесло голову и который тут же рухнул замертво. А вместо крысолюда я воткнул Вершителя Аларе в грудь, пробил её насквозь на крите, ибо физ-защита у юной магички была весьма так себе, а смертельной атаки от мелкого моба она не ожидала.