— Есть, конечно, — кивнул кот, и мне показалось, что в глубине его глаз мелькнула печаль. — Добрые души цветут повсюду, но они не могут помочь мирам и цивилизациям, только отдельным несчастным. Твою родину не спасти, Яр, можно лишь помочь устроить жизнь лучшим представителям человечества. Или не лучшим.

Какая неприятная тема, а ведь у меня только что было прекрасное настроение. Ладно, насчёт судьбы Земли мы ещё посмотрим, не зря же я и тысячи других бегут по этажам наперегонки со временем. Ключник чувствовал гнев у меня внутри и тактично молчал. Сменим тему.

— Так эти взиратели — часть Башни Богов?

— Нет, конечно, — фыркнул кот с лёгчайшим презрением. — Она слишком велика для такой мелочности и никогда бы не допустила подобное в своих стенах. Взиратели всего лишь крошечная надстройка извне, стервятники и интриганы, которые превратили наблюдение за судьбами рушащихся цивилизаций и миров в своё хобби. Или заработок. Впрочем, их много, и они разные: есть и философы, и гуманисты, и антропологи. Различные фракции в большом сообществе тех, кому интересно следить за восходящими по ступеням Башни.

— И сколько их наблюдает за нами? Претендентами от человечества?

— Наблюдателей обычного ранга примерно миллиард. Немного в масштабах мультимирья. Они платят по копеечке за право следить за каждым восходящим и не имеют квоты на вмешательство. Конкретно у тебя, Яр, сто семнадцать миллионов взирателей, ты на третьем месте по количеству фанатов среди землян. И растёшь, моя маленькая звезда, — котик поднял лапу и умилённо погладил меня по голове, а я от удивления даже не вякнул.

Сразу стало интересно, кто же на первом и втором местах.

— Демион?

— Нет, он всего лишь на сорок девятом, — снисходительно сказал кот. — Ваш великий спортсмен довольно скучный товарищ, «дисциплина и эффективность прежде всего». Пф-ф. Лидируют в рейтинге самые безбашенные и интересные, ты их ещё не встречал, может, оно и к лучшему. Кстати, твоя супруга, в силу своей крайне редкой особенности с будущими детьми, драматичного перелома в её судьбе и твоей собственной популярности — получила хороший стартовый буст, набрала уже под десяток миллионов взирателей и уверенно идёт вверх.

Ну и дела. Наличие далёких иномирных зрителей открывает новый пласт в Башне Богов, про который я даже не думал.

— Выше взирателей стоят Возлюбители: те, кто выбрал себе несколько любимчиков и сделал на них ставку. Возлюбителей куда меньше, около миллиона. Они инвестируют деньги в немалых количествах и за каждую победу и выживание своего протеже получают процент. Но в случае его гибели все вложенные деньги уходят сервису, а процент отчислений идёт навистникам — тем, кто ставили на гибель. У тебя, Яр, 1355 возлюбителей и 717 навистников.

Кот прищурился от удовольствия, глядя, как я слушаю с открытым ртом.

— Это не значит, что первые тебя любят, а вторые ненавидят. Многие лишь изучают стиль игры каждого популярного восходящего и просчитывают вероятности, чтобы максимизировать свою выгоду от ставок. В инфосфере навистников, например, только что выложили твой «профиль претендента», в котором упомянут очень высокий потенциал, но указана и склонность Яра Соколова к высокорисковым решениям и поступкам. Аналитик дал прогноз на твою судьбу: смерть на 20–30 этажах Башни.

— А ты откуда всё это знаешь? — живо спросил я. — Ты один из семисот семнадцати?

— И да, и нет, — как обычно загадочно ответил Ключник.

— Значит, обманем их расчёты. Какие ещё типы зрителей?

— Дарители: самоотверженные поклонники элитного уровня. Они немало платят просто за элитную подписку, которая даёт возможность в любой момент потратить огромные деньги и передать своему любимчику подарок.

— Ого. У меня, видимо, ни одного?

— Вообще-то, один есть, но он ещё ни разу не вмешался. Дарителей немного, на всё человечество пока лишь шестеро. Вмешательство в дела Башни практически невозможно, и потому стоит баснословных средств, даже в мультивселенной мало кто может себе позволить.

— Как же они умудряются вмешиваться?

— О, очень хитрыми способами, используя внутренние системы, протоколы и ошибки в работе самой Башни.

— А ты ведь знаешь, какие, — улыбнулся я. — Ты ж маг-программист.

— Кое-что знаю, — согласился кот. — Но если скажу тебе, тут же погибну страшной смертью. Так что не спрашивай.

— Ладно. А могу ли я узнать личность своего дарителя?

— Как только получишь подарок, узнаешь. Они всегда играют инкогнито, но с первым подарком личность дарителя открывается.