И я сразу понял, что раньше он показывал лишь частичку своей силы. Давление резко увеличилось. Сам воздух, казалось, задрожал. Вокруг стали мелькать всполохи электричества. Меня вдавило в стул, который, казалось, ещё немного, и сломается. Чистая и непреодолимая сила. То, к чему я сам стремлюсь.

И он был прав. Сила, власть и деньги. Вот три столпа, на которых строится наше общество. Причём именно в таком порядке. Хочешь чего-то добиться? Обладай хотя бы одним из этих трёх. Ну а если хочешь получить то, что принадлежит не тебе, ты должен превзойти своего оппонента. Вот и всё. Ничего сложного. Хах.

И сейчас эта подавляющая сила была направлена прямо на меня. Увы, мне только и оставалось, что сидеть на своём месте, выпустив свою магию, чтобы защититься от враждебного давления. Я даже сдвинуться не мог, опасаясь нарушить концентрацию. Но сдаваться точно не собирался. Моя кровь буквально закипела, вырываясь наружу, формируя барьер. Дышать как-то резко стало спокойнее. Плевать на то, кто он и насколько силён. Никто не смеет приказывать Цепешам! Единственный род, что имел на это право, теперь сам стал нашей частью. Больше меня ничто не сдерживает!

Вокруг стали формироваться кровавые иглы, готовые в любой момент сорваться против угрозы. Долгорукий же напротив — вовсю был окружён молниями, жаждущими испепелить любого приблизившегося. Казалось, ещё немного, и две стихии схлестнутся в смертельном противостоянии…

— Отец! — дверь комнаты резко распахивается, и внутрь влетает Лиза со светящимися глазами. — Прекрати! Живо!

Давление моментально исчезает, как и молнии, гулявшие по комнате. Я тоже тут же убираю свою кровь.

— Но дочка, он… — начал было Святослав Юрьевич.

— Хватит, я сказала! Я сама сделаю свой выбор. Мы это с тобой уже обсуждали. У меня есть на то право, — свет вновь вырвался из её глаз.

— Дочка, твои глаза… — взгляд Долгорукова тут же переместился на меня, и я сразу понял, что он сейчас думает: убить меня на месте или сделать это в ином месте.

— Папа, он знает.

— Что? Как? — мужчина перевёл взгляд на дочь.

— Случайно. И уже давно. Как видишь, до сих пор никому об этом не рассказал. Ему можно доверять, — устало вздохнула девушка.

— Он поклялся?

— Да.

— Хм… — и вновь взгляд на меня. — Ладно. Цепеши и вправду держат свои клятвы. Вряд ли конкретно этот их представитель поступит иначе. Но я всё равно не одобряю твоё общение с ним. Это слишком проблемная семейка. Особенно в текущем поколении. Риск слишком велик.

— Отец, тебе напомнить, на что ты пошёл ради мамы?

— Так-то я, — тут же отвёл он глаза, слегка смутившись. — Ладно, пусть живёт. Но я всё равно не одобряю. И если с тобой что-то случится, прикончу его на месте.

— Клянусь, я сделаю всё возможное, чтобы защитить Лизу, — приложив руку на сердце, поклялся я.

— Стервец… Догадался же. Ладно, пусть будет так. Пока что. Я ещё понаблюдаю за тобой.

На этом наш разговор оказался закончен. Конечно, не совсем то, чего я хотел, но подобного стоило ожидать. Он явно любит свою дочь. И я могу его понять. Доверить её тому, кого хотят убить? Так себе идея. И по-хорошему, мне стоило бы отдалить от себя девушку, чтобы не подставить её под удар. Вот только сделать этого просто не мог. Банально на психологическом уровне тяжело было представить подобное.

— Он всегда такой? — спросил я у Лизы, когда мы медленно шли по коридору в сторону гостиной.

— Ну… Частенько. Работа у него такая, что тут поделать. Он очень недоверчив. Всех подозревает во всём. И даже то, что сказал вслух, ещё не факт, что то же самое он думает на самом деле, — вздохнула девушка. — Но не обращай внимания. Мама его сдержит. Только она и может. Ну и немного я. Ты, кстати, маме понравился.

— Она тоже очень приятная женщина, — кивнул я, не задумываясь. — Даже удивительно, как два таких разных человека сошлись. Ты вроде сказала, что твой отец что-то сделал для этого?

— Ну… Это не секрет. В своё время, как говорят, эта история по всей столице гуляла. Дело в том, что до моего рождения Долгоруковы и Скуратовы-Бельские не особо ладили. Я бы даже сказала, что совсем не ладили. Но до крови дело не доходило. А тут, внезапно, отец заявляется к деду и заявляет, что любит его дочь и хочет на ней жениться. Не сложно догадаться, что он оказался не в восторге, если мягко говоря. Слово за слово, и вот они уже схлестнулись в битве. Отец тогда был только Ратником, впрочем, как и дед. После их сражения пришлось по новой отстраивать крыло особняка. Но всё же дед признал его и позволил жениться на маме. Оба рода помирились. Хотя до сих пор каждая встреча с дедом проходит весьма напряжённо. Он всё не успокоится и норовит взять реванш.