Это давало мне возможность заниматься тем, чем я хотел. Фактически, да, я способствую тому, чтобы люди нарушали закон, проводя эти схемы, но без этих денег я не смогу ничего. А это самый быстрый способ набрать денежные средства в больших объёмах. Я видел цены на медицинское оборудование, видел, сколько стоят знания в этой области. Я просто не смогу их достать больше ниоткуда.

Закончив со своими переживаньями, я принялся за работу, зайдя на чёрный рынок.

* * *

Время стало лететь очень быстро, и месяц пролетел незаметно. И вот я еду в машине в своё общежитие. Элизабет решила подвезти меня. За это время она стала настоящей бизнес-леди, постоянно уделяя всё своё время карьере. Я редко видел её дома, она была всё время занята делами без минуты свободного времени. Теперь же она уже заместитель директора в своей фирме, и её зарплата значительно выросла.

Я был рад за неё, хотя и хотел, чтобы она меньше утомляла себя на работе. Время шло, и она так и не нашла никого, оставшись одинокой. Она стала для меня действительно настоящей матерью, и я желал для неё лишь лучшего.

Машина приехала к пятиэтажному зданию, общежитию медицинского колледжа. Как я понял, мой этаж пятый, он занят мальчиками, остальные же заняты девушками. Да, всё же в этой профессии преобладают женщины, так уж сложилось с давних времен. Хотя, если зайти в список лучших хирургов нашего штата, можно увидеть лишь одно женское имя, остальные мужские.

— Вот и приехали, — произнесла Элизабет, выходя из машины.

Я тоже вышел, опершись на трость, подошел к открытому багажнику, где Элизабет уже брала мои сумки. Надев на спину рюкзак, а в левую руку взяв небольшой чемодан.

— Постарайся в первое время не ходить на вечеринки, там много молодежи, без контроля со стороны взрослых. Свобода ударяет подросткам в голову, и они творят полный беспредел. Поверь, я прошла через всё это, — произнесла Элизабет.

— Будет трудно попасть, — произнес я, кивнув на свою ногу.

— Перестань, ты красивый молодой человек, да и довольно умный, тебе будет рада любая компания, — сказала Элизабет. Тем временем мы уже вошли внутрь, где множество людей ходили с вещами. Сегодня день заселения, и толкотня была большая.

Пробираясь через человеческую давку, мы наконец поднялись на пятый этаж и, найдя нужную дверь, вошли внутрь. Небольшая комната, рассчитанная, похоже, на двух человек. Две кровати, два стола, один шкаф. Ванная комната была общей на этаже.

— Вполне неплохо, да и ничего не сломано, — произнесла Элизабет, ставя сумки на одну из кроватей.

— Да, — просто ответил я, осматривая место обитания на ближайшие годы. Хотя я и мог снять отдельную комнату, пока не стал этого делать. Со второго курса, скорее всего, пойду на этот шаг.

— Хорошо, тогда обживайся здесь, компьютер я привезу ближе к началу семестра, — произнесла Элизабет. Подойдя ко мне, она крепко обняла меня, погладила по голове. — Пока, боец.

— Пока, мама, — произнес я. Чмокнув меня в щеку напоследок, она вышла из комнаты. Хотя я уже вырос из этого возраста, чтобы поддаваться таким нежностям, но всё же я был рад, что у меня есть такой человек, как Элизабет, хоть она и не родная мать.

Принявшись раскладывать свои вещи, я заметил, что мой сосед, похоже, ещё не приехал. Открыв шкаф, я стал раскладывать одежду. Что ж, пора начинать новую главу в своей жизни.

* * *

Аркхем, Готэм Сити

На острове с психиатрической больницей гудела сирена, оповещая о побеге. Множество охранников, вооруженных автоматами, бегали с собаками в попытках обнаружить сбежавшего. Преступнику к тому моменту уже удалось добраться до другой части острова, где его ждала лодка. Ему всё-таки удалось сбежать и не остаться гнить до скончания времен.

Полиция была поднята по тревоге и уже спешила к больнице, чтобы расследовать побег. Комиссар Джеймс Гордон, разбуженный посреди ночи, ехал к Аркхему. Хотя он и взял в свои руки полицию, начал очищать её от продажных сотрудников, ему предстояло ещё многое сделать. Казалось, жизнь постоянно подкидывала ему очередные проблемы, такие как постоянные побеги из Аркхема. Он видел, что система давала сбои с каждым разом всё сильнее, преступники уже не боялись её и, даже если их ловили, не переживали, ведь у них появлялось всё больше возможностей сбегать.

Ему давно не нравился глава больницы Хьюго Стрейндж, но снять его с должности так и не получилось. Он слышал не раз слухи о том, что Стрейндж любит заходить куда дальше, чем просто лечение, да и статистика о выздоровевших говорила сама за себя — их нет.

— Боже, я не уверен, что этот город можно исправить, моих сил недостаточно, — произнес Гордон. Он любил Готэм и хотел его исправить, но тех, кто разделял его взгляды, было слишком мало. Капитан полиции, отец и муж, он начал выгорать, не видя больше надежды на исправление положения.