— Говорите, что записей заднего двора не осталось? — спросил я владельца этого заведение, странно что записи всех остальных камер есть, а момент с происшествием отсутствует.

— Да, все верно, когда я очнулся тут, встретил полицейских, все им пересказал и уже хотел показать записи с камеры, чтобы подтвердить мои слова, но записей не было, — с серьёзным лицом он объяснил причину, но он словно намерено упускал детали.

— Хорошо, давайте еще раз расскажите о произошедшем, — попросил я. Тактика, которую я использовал, была стандартной для детективной работы. Повторение одних и тех же фактов может выявить непоследовательности в показаниях и помочь раскроить правду.

— Ну, ладно, так вот, как все было, занимался я своим любимый делом стоял за плитой и переворачивая котлетки, а они у меня получаются, что надо, вам все так скажут, а какие они сочные, там прост… — когда он хоте продолжать свою тираду я остановил его.

— Можно ближе к сути, — еще раз выслушивать его бахвальство я не хотел.

— А извините занесло, так вот готовлю я, а. Тут в зале началась какая-то суета, и люди стали выбегать из моего заведения. Я начал думать, что, может быть, я так плохо готовлю, даже ста… — пришлось еще раз перебить его.

— Ближе к сути, — как же он любит поболтать, но нельзя терять времени, сегодня каждая секунда на счету.

— А ладно, значит заметил я на камерах, как один чертяга крушит мои столы, так я взял биту и на задний двор, когда я вышел там двое мужчин уже готовы были порвать друг друга, я и захотел накостылять обоим иш захотели портить мое имущество, а один из них со всей дури влетел в меня и голыми руками слома биту. Представляете? — эмоционально рассказывал он постоянно дирижируя руками, — затем тот треснул меня, и я уже очнулся когда все закончилось, тут и вы подоспели.

— Хорошо, а напомните, как выглядел второй мужчина? — спросил я. Если кто-то смог противостоять человеку под наркотикам гадюка, значит, он обладает какими-то навыками и не может быть простым.

— Да, вроде уже сто раз сказал, что такой мужчина среднего возраста, лицо я не сильно запомнил. Был одет в черную кофту и джинсы, а на ногах — красные кроссовки, — ответил он.

— Вы же говорили, что у него были черные ботинки? — описание второго почти каждый раз отличается от предыдущего. Значит, он знает больше подробностей.

— А, да, ну, я плохо разглядел, что там было. Да и удар, похоже, вышиб всю память, — он слегка занервничал и заговорил слегка запинаясь.

— Но моменты до происшествия вы запомнили очень хорошо, — решил применить небольшое давление на него.

— Ну, не виноват, сейчас голова кругом, мысли путаются, — уже нервничая он стал поправлять свою одежду и отводить взгляд в разные стороны.

— Мистер Вильям, предоставление ложных показаний является преступлением, и если вы скрываете что-то или не доносите информацию до конца, это может плохо сказаться для вас, — еще больше я начал давить на него. Он скоро заговорит, еще немного.

— Я говорил правду, я честный человек, я я я… — он стал искать оправдание, но нас прервали. В комнату зашел мой напарник Харви Буллок.

— Да, отстань ты от него, Гордон. Пойдем, я нашел кое-что, — усталым голосом сказал мне Харви и указал в сторону, чтож сейчас действительно это менее важная задач узнать кто был вторым, главное найти поставщика.

Мы вместе прошли в задний двор, который выглядел словно здесь прошла война. Весь асфальт в трещинах и ямах, мебель разбита на множество частей, повсюду кровь.

— Вот глянь: либо наш подозреваемый карлик, либо это был ребенок, — он указал на следы обуви во многих местах. Очень маленького размера, отпечатались из-за крови, пролитой здесь.

— Хочешь сказать, какой-то мальчик билься со сверх человеком, и похоже да же смог уйти на своих двоих, — уточнил я.

— Я ничего не хочу сказать. Что говорит владелец? — спросил Харви, он же сам прервал мой допрос.

— Это был мужчина среднего возраста, но улики говорят об обратном. Значит, он дает ложные показания. Зачем ему покрывать кого-то, если он только не знаком с ним или боится за свою жизнь? Запись отсутствует, значит, ее забрал второй, либо подчистил сам владелец, — добавил я.

— Тем не менее, у нас мало времени, нужно скорее найти подозреваемого курьера. Это дело может подождать, — сказал мой напарник.

— Ты прав, поехали в участок, найдем распространителя и покончим с этим наркотиком. Чем больше мы медлим, тем больше будет жертв его применения.

Завершив оставшиеся дела на месте происшествия, мы быстро собрались и направились в участок. Дело с «чудо-мальчиком» осталось на потом, а возможно, даже заглохнет. Ведь особого смысла искать его нет: фактически он не нарушил закон, за исключением того, что нанес множественные раны наркоману, который, к тому же, сам по себе умер. Поэтому, кто бы он ни был, рано или поздно он проявит о себе вновь.