Вы повысили уровень!

Вы повысили выносливость на 1 единицу!

Мозги скрепят, и мне просто не хватает ни моральных сил, ни желания распределить жалких четыре очка за сороковой уровень. Осталось ещё порядка тридцати воинов и десятка лучников.

Один из копейщиков насаживает меня на пику со спины, но я успеваю умертвить рыцаря перед собой и, извернувшись обезьяной, перерубаю древко пики рассечением и выдёргиваю её с другой стороны. Прыжок – оказываюсь позади троих противников. На одной лишь голой силе протыкаю металлический шлем одного и бью с колена другого. Третьему обернувшемуся я не попадаю в забрало, так как он успевает выставить щит.

Пляска продолжается, но темп явно замедлился, а спустя десяток трупов меня вообще проткнули мечом и чуть не снесли голову. Уже не говорю, что со спины от стрел я стал как дикобраз. Остаётся десять воинов, которые единовременно кидаются на меня, но я сигаю со сцены и несусь к лучникам. Они защищены слабее, но до этого я не мог с ними разобраться, так как толпы воинов кидались на меня всей гурьбой, если пытался покинуть сцену.

Первый лучник, второй, третий. Я ловлю в себя ещё четыре стрелы, но каждую из них я выдёргиваю и рублю голову следующему лучнику. Последнего я не успеваю добить – сил практически не осталось.

Какой бы я ни был выносливый и юркий, но десятки несовместимых с жизнью ран сказываются даже под аурой. Я пропускаю удар копейщика, и меня протыкают опять в положение со спины – не могу извернуться. Меня зажимают щитами и вонзают сразу четыре меча – в глазах темнеет. Ещё один клинок летит мне чётко в лоб, а другой рубит шею.

«Ну всё… мну хана…» — за мгновение до смерти думаю я.

Чавкающий звук одновременно с темнотой…

* * *

— Объясняйтесь, как так получилось, что под удар попали мои дети? — безэмоционально приказал статный мужчина чуть за пятьдесят.

Он сидел во главе овального стола в белом мундире с золотыми эполетами, небольшими аккуратными усами и зализанными волосами назад. С нарочито спокойным видом он разглядывал пятерых присутствующих. Вот только никто не обманывался спокойствием императора.

Именно в таком состоянии он давал приказ на уничтожение целых деревень двадцать лет назад. Так же, как и бесследное исчезновение провинившихся министров и генералов, что сопровождалось именно таким, неестественно спокойным поведением монаршей особы. От этого каждый из присутствующих чувствовал сосущий страх. Страх, что кто-то из них завтра бесследно исчезнет.

— Ваше Величество! — взволнованно вскочил с места гладковыбритый полноватый мужчина в пиджаке белого цвета. — Я говорил, нужно было коммунистов на корню выжечь на востоке! Но…

— Замолчи, Алик. Это не твоя область ответственности, — перебил его император и мужчина не посмел даже звука выдать. — Следующий.

— Ваше Императорское Величество… — отозвался худощавый мужчина в бордовом мундире с золотыми погонами. — Были пойманы трое портальщиков из второго отдела портальной службы. Двое из них совершили самоубийство, раскусив капсулу с ядом. Ещё один был вовремя обезврежен. Сейчас он на допросе в нашем специальном крыле. Сценарий очень схож с прошлогодним прорывом в Лондоне. На сей момент мы предполагаем, что теракт заказан Союзом Коммунистической Триады через саудитов.

— Если сценарий схож с англичанами, как вы могли допустить теракт таких масштабов? — приподнял бровь государь. — Если мне не изменяет память, то в Лондон переместили средний разлом и не туда, где присутствовали дети Ричарда Седьмого. Что вы на это скажите, Николай, Владимир? — поглядел он сначала на молчавшего до этого худого невзрачного мужичка в чёрном костюме.

— Трое портальщиков десять лет безупречно работали на своих постах, Ваше Величество. Каких-либо сторонних контактов они не имели. Все средства связи абсолютно чисты. У них даже семьи имеются в Москве, — ответил в бордовом мундире.

— К-хм… — кашлянул невзрачный. — Я добавлю, Ваше Величество. Я скажу даже больше – им изменяли память в динамическом режиме. Я более чем уверен, что ментальный допрос ничего не даст. С ними работал особый менталист второго круга, посильнее нашего Яшина, — посмотрел он на Николая.

— Мы пока этого достоверно не знаем, Владимир, — поморщился Николай. — В любом случае, Ваше Величество. Роман Дмитриевич и Афелия Дмитриевна теперь в безопасности и…

— Только один из портальциков успел перенести их к местам прорыва, — сухо констатировал император. — Сына вы быстро вытащили. В чём была проблема с вызволением дочери? Что скажешь, Александр? — поглядел император на чернявого усатого мужчину в чёрном мундире.

— Ваше В-величество, связь с мобилизационными резервами была нарушена электромагическим импульсом возле военной ставки. Мы потеряли всего десять минут реагирования…

— …и моя дочь чуть не лишилась жизни, — угрожающе сухо закончил император, и Александр занервничал.

Он и все присутствующие подданные императора непроизвольно сглотнули слюну. Они были уверены, что Александра завтра больше не будет на посту.

— Ваше Вели…

— Довольно, — отрезал император. — Кто помог выбраться Афелии? Двоих я знаю. Это её личный гвардеец Леонид и князь Высоцкий.