Шрифт:
Что случилось? Где… Это был сон?!
Она схватила себя за голову и прислушалась. Вокруг мертвая тишина, и лишь рядом кто-то мирно похрапывал. Женя?
Ткнув пальцем в бугорок рядом, Настя приподняла одеяло.
— Машка?.. — захлопала она глазами и попыталась припомнить что, как, где и какого хрена, но в голове словно просверлили дырку.
Вот тебе и следствие недельного перерыва между рейдами. Совсем расслабилась!
— Уйдите… — пыхтела Маша во сне, переворачиваясь на другой бок. — Мерзкие карлики… Я еще слишком молода, чтобы играть с вами… Красавка, дай им…
— Блин, — выдохнула Настя и, потирая макушку, слезла с постели. — Ну и вечерок вчера был, наверное…
Почесываясь и зевая, Настя подошла к окну и раздвинула плотные шторы. Яркий солнечный свет ослепил, и она раскрыла окно.
Пусть и был солнечный погожий денек, но вдалеке клубились черные-черные тучи. На грани слуха где-то что-то шумело, однако голова была слишком тяжелой, чтобы понять, что за звук и откуда он исходит.
— Брр… Холодрыга, — проговорила Настя, поежившись. — Сколько вре…
На часах почти полдень? Так поздно! Почему ее не разбудили?! Она никогда в жизни не просыпалась позже восьми часов! Блин, по-любому проспала! Только бы вспомнить куда…
— Нет… нет, — бубнила Маша, — я не одета… Идите сами играйте в свои шарады…
— Машка! Хорош дрыхнуть! — разозлилась Настя и бросилась расталкивать подругу, но та только продолжала бормотать про каких-то карликов.
Нет, от этой дурочки никакого толку!
— Марфуша! Глаша! — крикнула Настя. — Гама! Где вы все, Нексус вас побе…
Нексус!
Омск!
ШТУРМ!
ОНА… ПРОСПАЛА!!!
В голове тут же пронеслись события предыдущих дней, и Настя ударила себя по лбу обеими руками и, забегав по комнате, застонала.
Нет, она не могла проспать. Это просто невозможно!
Перед глазами появился прошлый вечер, сытная жрачка, довольное лицо Амальгамы и хитрый прищур брата.
А еще чай. У него был какой-то подозрительный привкус… Неужели?.. Вот сука!
— ЖЕНЯ!!! — закричала Настя, что было мочи, и тут откуда-то раздался чудовищный…
БУ-У-У-У-УМ!
Усадьба буквально подпрыгнула, стекла в окнах задребезжали, а снизу послышался женский визг. Где-то включилась сигнализация, и со всех окрестных деревьев в небо взмыли стаи птиц.
Настя пришла в себя уже на полу, а с кровати на нее смотрела перепуганная Маша.
— Настя, мы…
Да, они проспали все на свете. На часах было 11:57.
— Сращивай белое с белым… красное с красным, а желтое с желтым, и будет хорошо… но не трогай коричневое, потом проблем не оберешься, — шептала себе под нос Варя, водя руками над распростертым телом Николая Болконского, которого солдаты называли забавным прозвищем Кудряш.
Ран на нем было не счесть, и по рассказам он бросился защищать бойца, у которого что-то случилось со шлемом. Тут их обоих и подстерегла Мантикора, вылезшая буквально из-под земли. Росчерк когтей, и море крови.
Забавно, но спасенный парень отделался только легким испугом, а вот Кудряш…
— Потерпи, миленький, — прошептала Варя, продолжая работать. Тот дрожал все сильнее, но держался.
Пот ей помогала утирать Боярская, но, удостоверившись, что Варя закончила заживлять самые тяжелые раны, наставница исчезла. В палатку принесли сразу пятерых, среди которых, кажется, был и Александр Берцовский.
Варя охнула, когда скосила глаза на раненого парня.
Плевать, это война! — одернула она себя. А на войне мужчины получают раны. Ей ли не знать? Уже который год приходится крутиться то на скорой, то в приемке.
И штопать, штопать и штопать одного ликвидатора за другим!
Вот и сейчас… Черт! Кажется, Николай пришел в себя!
— Тихо! Не дергайся! — рявкнула она, когда парень открыл рот и едва не закричал.
Но Болконский резко сжал зубы и проронил лишь одну фразу:
— Настя… где?..
— Понятия не имею, — пробурчала Варя, продолжая колдовать над дрожащим телом.
Настя, интересно кто это? Невеста, поди?.. Уж не сестра ли Жени? Кажется, Варя сегодня ее не видела. Наверное, оттого, что та в самой горячке боя.
Одна рана за другой затягивались, а пульс у парня оставался стабильным. И это было хорошо. Значит, будет жить!
Варя выдохнула, и тут за пределами палатки послышалась возня, а затем торопливые шаги. Зашуршал полог.
— Покажите мне его! — раздался женский голос, и к ним кто-то зашел.