– Дальше я не пройду, - прорычала она, - Нарендра, давай.

Южанин кивнул и, не говоря ни слова, устремился вперёд. Морвин попыталась сделать шажок на запретную землю, но её тут же скрутило от острой боли, и девочка отступила, морщась и дыша ртом.

Оставалось ждать и надеяться на загадочного новоприобретённого товарища. И это было поистине тягостно!

Одна минута. Вторая. Третья. Четвё…

Раздался взрыв, и давление – как и тогда, у запретной комнаты, – пропало. Близнецы переглянулись, поймали взгляд Фотини и дружно, не сговариваясь, устремились вперёд.

Коридор свернул направо, потом спустился вниз, и тут, возле провала в стене, нашёлся Нарендра, деловито и методично превращающий в металлолом сразу двух големов.

Мимо, завывая и бешено вращая глазами пробежал солдат, которого отловила и походя осушила Фотини, ещё один валялся на полу, и из его пробитой головы толчками выплёскивалась густая и тёмная кровь. Больше охраны не было, и это радовало. Это значило, что надо бы поспешить!

Вчетвером они побороли големов и устремились внутрь, попав в самую настоящую тюремную камеру.

Нарендра первым подошёл к прутьям и, напрягшись, согнул толстенные металлические штыри в стороны, после чего нырнул в коридор.

Морвин последовала за ним и с трудом удержалась от вздоха отвращения. В доброй половине камер сидели… постояльцы. Назвать их людьми было можно, но получалось это плохо.

Искривлённые, погнутые, покрытые омерзительными наростами, опухолями, отвратительно воняющие - эти существа вызывали лишь омерзение и жалость.

Некоторые из них валялись без движения, кто-то рвался из кандалов, кто-то ходил из стороны в сторону. Но хуже всего было то, что некоторые ещё сохранили какое-то подобие сознания, и в их глазах, искорёженных, покрытых гноем и кровавой коркой, читалась невыносимая боль.

– Уб.. уб-бей-те-е… - прохрипел один из узников, когда Морвин пробегала мимо.

Девушка непроизвольно обернулась и увидела, что он вытянул длинную, многосуставчатую руку, заканчивающуюся острыми когтями, протиснул её сквозь прутья решётки и скрёб пол.

– Убе-ейте… - просипел он с мольбой в голосе и заплакал, безнадёжно, горько, отчаянно.

– Не отставай! – прокричала ей Фотини и Морвин, стиснув зубы, побежала следом – к мощной бронированной двери.

Нарендра закричал, рванулся вперёд, точно бешеная юла, и металлическая дверь слетела с петель, устремилась вглубь помещения, придавив кого-то по дороге, судя по сдавленному крику.

Южанин сразу же метнулся в сторону, взмахнул молотом, разя невидимого врага, спустя миг наружу устремилась Фотини, держащая в одной руке свой странный меч, а во второй – дробовик со спиленными стволами. Она выстрелила, скакнула вбок и вперёд, скрылась из поля зрения, и сразу же к потолку взвился дикий крик умирающего человека.

Морвин уже ощущала на губах радостный вкус грядущего сражения, а потому с боевым кличем на устах устремилась вперёд, туда, где виднелись бронированные ростовые щиты, за которыми притаились враги.

Она размахнулась и со всей силы впечатала кастет, укреплённый магией мира мёртвых, тот вошёл в щит, промяв его, заставив врага отступить назад, открыться.

Морвин подпрыгнула, опёрлась о щит, перелетела через бронированного врага и, приземлившись посреди строя, принялась наносить удары так, как учила госпожа Сюин-Алаинн.

Враги потеряли лишь секунду, ошеломлённые столь быстрой атакой, но эта секунда стоила им вечности! Каждый удар Морвин попадал в цель, калечил, убивал, ломал и рвал, но, что ещё хуже, строй рассыпался, и Илэр не упустил момента: во врагов полетели заряды из его ружья боли - и каждый находил цель.

Всё кончилось столь же стремительно, как и началось. Морвин перевела дух и огляделась.

Они стояли посреди залитой кровью и разнесённой на куски… ла-бо-ра-то-рии, верно? То место в пустыне, где их ждал зелёный кошмар, господин Аластар и Сюин-Алаинн назвали именно так, а ведь оно очень походило на это. Там тоже стояли стеклянные колбы, пробирки, валялось множество бумаг. Всё это покрывал вековой слой пыли, но какая разница?

– Их слишком много, - подошёл Нарендра, - нас ждали.

– Угу, - согласилась Фотини. – Морвин, Илэр, куда идти? Ведительствуйте! Время не терпит?

Морвин вздрогнула, зажмурилась, нащупывая слабое биение жизни Великого, и скомандовала – туда!

То, что было после этого, запомнилось плохо.

Они шли вперёд, убивали, громили, оставляли после себя лишь остывающие тела, прорываясь всё глубже и глубже в лабиринт переходов, коридоров, помещений.

И везде таилась опасность от людей ли, от ловушек ли, от механизмов ли. Страшная, смертельная опасность, которая не могла остановить близнецов.