Охотники вглядывались во тьму, разгоняли факелами мрак, и тем не менее, прозевали атаку.

Когда из ночи выскочила первая тварь, мы на мгновение остолбенели, подарив монстру драгоценные секунды.

Непонятное зеленоглазое создание, будто бы сотканное из мрака, оттолкнулось от земли всеми шестью лапами и устремилось вперёд, вытянув вперед широко раззявленную пасть, наполненную чёрными изогнутыми клыками.

Махнув длинным хвостом, оно вцепилось в горло одному из парней. Челюсти сомкнулись, крик оборвался, и тварь потащила добычу во тьму.

В следующий миг такой же вопль раздался позади, и нас стало ещё меньше.

Третий монстр прыгнул сверху, нацелившись на центр каравана, и я метнулся ему наперерез, в прыжке ткнув шестилапую образину копьем.

Тварь даже не пыталась уклоняться, а потому, когда острие пробило туманную плоть, выглядела невероятно удивлённой. Мгновение.

А после этого дико, страшно завизжала, пытаясь вырваться. Я приземлился, потянул копье на себя, выдернул его из раны, хлещущей мглой вместо крови, и ударил ещё раз – в башку.

Зелёные глаза потухли, враг перестал существовать, но бойня только начиналась.

Одна за другой из черноты приходили всё новые и новые уродливые шестилапые твари, но первое смятение уже прошло, и мы начали огрызаться.

Илэр расчехлил ружьё боли и принялся короткими очередями сбивать особо ретивых, Сюин с Морвин ринулись в рукопашную, и если кастеты девочки не причиняли особого вреда, то меч китаянки справлялся с монстрами ничуть не хуже моего копья.

Я подцепил ещё одну животинку, которая взвизгнула, перекувыркнулась и ретировалась во мрак.

Гормлейт зарядила болт прямо меж глаз твари, решившей прорваться к детям. Тот застрял, затем стал невыносимо белым, а спустя мгновение взорвался, буквально испепелив незадачливое чудовище.

Впрочем, свет напугал тварей куда сильнее потерь. Вой, поднявшийся вокруг, перекрыл и шум ветра, и громыхание в небесах. Он ударил по барабанным перепонкам подобно близкому взрыву и ещё пару минут отдавался в ушах. Но мы получили передышку. Небольшую, однако столь желанную!

– Больше света! – скомандовал Малоун и за телегами тотчас же стали зажигаться всё новые и новые огоньки, а в самом центре ввысь устремились языки огня – люди развели мощный костёр, который не забыли полить маслом.

– За телеги! Будем драться перед ними! – распорядилась Сюин. – Александр, я тут разберусь, беги на другую сторону!

Я не стал спорить, вместо этого обновил заклинание усиления и в два прыжка перескочил через телеги, как раз успев насадить на копьё очередную зверюгу.

Вслед за ней из мрака выскочили ещё две, и каждую я угостил Стрелой Древних, которые, увы, не даже не рассмешили тварей. Но те хотя бы задержались, подставив бока под огненные болты охотников. Заклинания, спрятанные в наконечниках, освободились, залив жидким пламенем мёртвую спрессованную землю, разогнав тьму, испепелив её порождения.

Шестилапые крутились позади огня. Пусть и магическое, а не живое, пламя всё равно причиняло им боль и заставляло отступать. Однако никто не обольщался, все понимали: самое сложное - впереди. И мы не ошиблись. Тьма вновь забурлила, заволновалась, исторгая из себя новых и новых уродцев, которые, рыча и скалясь, кружились вокруг повозок, не смея приближаться к свету. Они чего-то ждали, не спешили, понимали – мы никуда не денемся.

Вот только не денемся от чего?

Ответ на этот вопрос мы получили скоро – внутри антрацитового мрака что-то протяжно вздохнуло, тьма сгустилась и пропустила тварь высотой в добрых четыре метра, плотно стоящую на шести лапах, несущих громадное, покрытое то ли густым мехом, то ли самой тенью пузо. Вместо рук оно размахивало пучками длиннющих щупалец, а на могучем торсе, лишённом шеи, торчала башка дикой помеси рыбы удильщика с сомом. Зубов у монстра было куда больше, чем у обитателя озёр, так что, наверное, от сома в нём осталось немного.

Тварь, не раздумывая, метнулась вперёд и прежде, чем мы успели сделать хоть что-то, точно паровоз, протаранила телеги, влетая внутрь нашего лагеря, раскидывая и круша всё, что попадалось на пути.

И шестилапые уродцы, воспряв духом, ринулись за ней.

– Займись собаками, этого я беру на себя! – закричала Сюин, бросаясь на сома-шестиножку, и мне осталось лишь рвануть к пролому, чтобы перегородить его, выиграть немного времени, остановить «собачек».

Крутанув копьём, насадил на лезвие первую, она жалобно взвизгнула и затихла. Я стряхнул тело с оружия, рубанул вторую по лапам, от чего она почти увернулась – задеть удалось лишь самым краешком. Но времени на вторую атаку мне не оставили – сразу две «псины» прыгнули с разных сторон, от одной я уклонился, перед второй, перебросив копьё в левую руку, выставил протез, который вбил твари в пасть по локоть, а затем разжал пальцы и врезал молниями. Раз, другой, третий!

Она лопнула, как перезрелый персик, забрызгав меня чёрной дурно пахнущей жижей и залепив глаза. Секунду я промаргивался и едва не заплатил за это жизнью – сразу два монстра впились в ноги, стремясь повалить.

Первому с размаху врезал пяткой копья, второго же насадил на лезвие, затем, не думая, повинуясь интуиции, отпрыгнул назад, выставив копьё перед собой, и ещё один монстр приземлился прямёхонько на него, приняв смерть.

Твари отхлынули на границу света, рыча и скалясь, но не смея переступать незримую границу, и я улучил момент, чтобы оглянуться, проверить, как там наши дела, а то в горячке боя не обращал внимание на шум за спиной.