Однако, подойдя к стенам на расстояние броска, орда — все мараты до одного — испустила вопль, обрушившийся на Кэлен, словно стена ледяной воды: пронзительный, устрашающий уже одной громкостью. Одновременно с этим пронзительно завизжали боевые птицы; визг этот наводит ужас, даже когда кричит одна птица, но когда их тысячи, звук этот сам кажется почти живым существом. И в это же мгновение из-за горизонта выглянуло солнце. Первые лучи его осветили верх стены, заставив лучников жмуриться и моргать перед тем, как пустить очередную стрелу.

— Спокойно, — в очередной раз взревел Джерами, хотя голос его едва не потонул в криках и визге снизу. — Копья!

Легионеры перехватили щиты в левую руку, взяв в правую копья на изготовку.

Тем временем волна маратов докатилась до острых шипов, которые заклинатели-гольдеры вырастили из земли перед стенами. Кэлен, затаив дыхание, смотрела на наступающую орду. Первые ряды маратов, не сбавляя хода, начали прыжками пробираться между шипами — сверху это напоминало детскую игру в классики. За ними повторяли их движения животные. На глазах у Кэлен несколько маратов, вооруженных тяжелыми, узловатыми палицами, принялись крушить шипы с боков.

— Эй, — дернула Кэлен Джерами за руку. — Вон те, с палицами! Прикажите лучникам стрелять по ним. Чем дольше простоят шипы, тем труднее им будет штурмовать ворота.

Джерами одобрительно фыркнул, передал по стене приказ, и лучники, прекратив беглую стрельбу, принялись выбирать себе цели.

Первые ряды нападавших подошли уже к стене вплотную, и в воздух взметнулись штурмовые шесты и веревки с костяными крюками на конце. Легионеры отталкивали шесты кроссгардами своих пик; некоторые, выхватив мечи, рубили ими веревки. Лучники продолжали стрелять по врагу. Снизу тоже полетели стрелы — короткие, тяжелые стрелы, пущенные из причудливой формы луков. Неподалеку от Кэлен один из лучников замешкался, прицеливаясь, и вражеская стрела пронзила ему щеку. Гольдер сдавленно вскрикнул и опрокинулся навзничь.

— Лекарь! — крикнула Кэлен.

Двое дежуривших на стене мужчин подбежали к упавшему и потащили вниз, не пытаясь выдернуть стрелу.

Кэлен вернулась на свой наблюдательный пост. Впрочем, наблюдение дало ей немного: столько маратов и их животных толпилось внизу, что они слились в единую массу, в которой почти невозможно было разглядеть отдельных людей.

Джерами схватил ее за плечо и рывком отодвинул от края стены.

— Не лезьте без шлема, — рявкнул он.

— Ничего не разберу! — вздохнула Кэлен. Ей пришлось кричать, чтобы он ее услышал. — Их слишком много.

Джерами вытянул шею огляделся, прищурившись.

— Здесь примерно половина их сил. Остальных они держат в резерве. Выжидают, пока в нашей обороне наметится брешь.

— Мы их сдерживаем?

— Стены стоят как надо, — крикнул в ответ Джерами. — Ворота — вот наше слабое место. Они атакуют стены только для того, чтобы отвлечь на них большинство наших. Слишком мало людей у ворот. Рано или поздно они пойдут на штурм баррикады.

— А почему не запереть ворота заговором?

— Не получится, — буркнул Джерами. — Так наш инженер объяснил. Там не заложен новый фундамент, а изнутри они обшиты металлом.

Снизу донесся громкий треск, за которым последовал нестройный хор голосов: «Рива за Астелию!» и «Вестланд за Астелию!» Джерами снова выглянул наружу.

— Должно быть, обрушили часть баррикады. Резерв нападающих получил приказ от вождя и тронулся с места. Сейчас навалятся всей массой на ворота и будут ломить, пока оборона не затрещит. — Джерами поморщился. — Если мы не отобьем первый натиск, нам конец.

— Хорошо, — кивнула Кэлен. — Значит, почти время. Постараюсь вернуться быстрее.

Она перегнулась через парапет, заглядывая во двор. Все, что ей удалось увидеть, — это силуэты двух легионеров, застывших с выставленными вперед пиками в проеме ворот. Снизу донеслись крики, и взгляд Кэлен успел уловить мелькнувший на мгновение черный клинок. Пиреллус снова удерживал ворота.

Кэлен поспешила к ближайшей лестнице и стремительно спустилась вниз. Оказавшись на дворе, она огляделась по сторонам. Сено из стога, в который она упала нынче ночью, было раскидано по всему двору. Почти всех раненых перенесли на западный двор, да и последних уже укладывали на носилки. Она сделала было шаг в направлении конюшни, и тут ей на глаза попался появившийся из казармы Пентиус — побелевший, осунувшийся. Он вел за руку мальчугана, за другую руку которого цеплялся другой малец — и так далее, до тех пор, пока дознаватель не вывел из казармы вереницу в полдюжины детей.

— Пентиус! — поспешила к нему Кэлен. — Что здесь делают эти дети?

— П-прячутся, — заикаясь, пробормотал Пентиус. — Я нашел их под отцовскими кроватями в казарме.

— Вороны! — с чувством произнесла Кэлен. — Отведи их на западный двор к раненым. Там для них укрепляют одну из казарм. И быстрее!

— Д-да, сейчас, — Пентиум немного приободрился и расправил плечи. — П-пошли, детки. Ну-ка, взяться за руки и не отставать!

Кэлен добежала наконец до конюшни и нашла там Дрейка — тот сидел с закрытыми глазами, привалившись к стене у двери.