Сердце ее забилось в приступе внезапной паники. Она отбросила одеяла и встала, накинув на рубаху, в которой спала, халат. Распущенные волосы падали в беспорядке почти до пояса, но она не стала подбирать их. Она подпоясала халат и шагнула к двери. Голова закружилась, и ей пришлось прислониться к косяку и постоять немного, зажмурившись и приходя в себя.

Она отворила дверь и увидела брата, неслышно выходящего из своей комнаты напротив.

— Дрейк! — воскликнула она и, бросившись к нему, крепко обняла. Он был теплый, крепкий и надежный, как скала. — Ох, благодарение астелам, с тобой все в порядке. — Она внимательно посмотрела на него, и голос ее зазвенел от волнения. — Что, Джефф…

— Он в порядке, — сказал Дрейк. — Ободрался немного, не в самом лучшем настроении, но с ним все будет хорошо.

Белла почувствовала, как на глаза навернулись слезы, и спрятала лицо на груди у брата, обняв его еще крепче.

— Ох… О Дрейк! Спасибо!

Он тоже обнял ее за плечи.

— Я здесь ни при чем, — признался он хриплым голосом. — Он сам позаботился о себе и уже шел домой.

— Что случилось?

Несколько мгновений Дрейк медлил с ответом, и она ощутила его неуверенность.

— Не знаю точно, — сказал он наконец. — Я помню, как мы с ним выходили вчера, но потом… ничего. Я очнулся в постели примерно за час до рассвета.

Усилием воли Белла сдержала слезы, отступила от него на полшага и кивнула.

— Последствия заклинания. Провал в памяти. Как у Фредерика, когда тот ноги сломал.

Дрейк негромко зарычал.

— Не нравится мне это. Если то, что говорит Джефф, правда…

Она склонила голову набок.

— А что говорит Джефф?

Он поведал ей то, что услышал от племянника, и она покачала головой.

— Ох уж этот Джефф. — Она зажмурилась. — Порой я не знаю, обнимать ли его или бить смертным боем.

— Но если на нас и в самом деле напал марат, сестра, дела и правда хуже некуда. Об этом необходимо известить Глэнтона.

Белла прикусила губу.

— Мне кажется, с этим нельзя медлить, Дрейк. У меня дурное предчувствие. Что-то не так.

Он нахмурился.

— Что ты хочешь сказать — не так?

Она покачала головой, не в силах скрывать огорчение.

— Плохо. Неправильно. Не знаю, как это объяснить. — Она глубоко вздохнула и добавила совсем тихо: — Я ощущала такое до сих пор только раз.

Лицо Дрейка побелело. Долгое мгновение он молчал.

— Я не помню никаких маратов, Белла, — произнес он наконец. — Я не могу идти с этим к Глэнтону. Его дознаватель сразу же почувствует фальшь.

— Тогда это должен сделать Джефф, — предложила Белла.

— Он еще ребенок. Ты же знаешь Глэнтона. Он ни за что не отнесется к Джеффу серьезно.

Белла повернулась и несколько раз прошла туда-сюда по коридору.

— Ему придется это сделать. Мы заставим.

Дрейк покачал головой.

— Никто не заставит Глэнтона делать что-то против его воли.

Он чуть подвинулся, заслоняя от Беллы свою комнату.

— Это слишком серьезно, чтобы зависеть от упрямства Глэнтона…

Белла нахмурилась и вытянула шею, пытаясь заглянуть ему за спину. Не меняя выражения лица, он подвинулся еще. Белла раздраженно вздохнула и оттеснила брата плечом в сторону.

— Дрейк, — сказала она. — Что делает у тебя в постели эта девица?

Брат кашлянул и покраснел.

— Белла, когда ты говоришь со мной таким тоном…

Она повернулась и посмотрела на него в упор.

— Дрейк. Что эта девица делает в твоей постели?

Он поморщился.

— Это Кэлен. Рабыня, которой помог Джефф. Я хотел уложить ее на скамью у огня, но она ударилась в панику. Умоляла меня не оставлять ее там. Шептала, дескать, боится чего-то. Я ей сказал, мол, у нас куда положат, там и лежат, а она лишилась чувств. — Он оглянулся на свою кровать. — Ну, я и принес ее сюда.

— К себе в кровать.

— Белла! Куда, по-твоему, мне еще было ее относить?

— Ты еще скажи мне, будто на самом деле веришь в то, что это заблудившаяся рабыня, которую посчастливилось спасти Джеффу.

— Нет, — признался он. — Не верю. Не сходится что-то в ее рассказе. Сначала он показался вполне правдоподобным, но я промыл все ее порезы, а от боли ничего не дал. Она быстро устала. Почти все время в полуобмороке.

— Она ранена?

— Ну, не смертельно, если только лихорадка не начнется. Но ранена. Ноги изрезаны о камни, и на плече, похоже, рана от клинка. Она утверждает, будто упала.