— Тебе сказали, что делать?

— Если начнется драка с кем-то неизвестным — отойти назад и не вмешиваться.

— А если их больше будет чем нас? — кивнул здоровяк на два десятка бойцов за его спиной.

— Бежать, не вмешиваться.

Цыпа кивнул и добавил:

— Если тебя догонят и бить начнут — падай, сворачивайся калачиком и руки вот так вот подними. Голову так закроешь и кишки не отобьют, — показал он как держать руки. — Поняла?

— Поняла, — кивнула девушка.

— Цыпа, три машины с юга, — подошел к нему мужик со шрамом на лице. — Вроде за нами.

Тут в руках бандита снова завибрировал телефон от сообщения. Он опустил взгляд и тут же добавил:

— С севера еще три.

Здоровяк взглянул на дорогу, по которой к ним издалека колонной подъезжали три машины. С другой стороны так же двигались еще три.

— Точно они, — хмыкнул Цыпа. — Молодец шкет. Глазастый малый.

Тут он заметил как напряглась девушка рядом с ним. Он слегка толкнул ее в плечо и указал на противоположную сторону улицы.

— Если что бежать туда. Поняла?

— П-поняла.

В это время машины остановились у проходной и из них начали вылезать люди с пластиковыми трубками в руках. У всех они были одинаковой длинны, словно их кто-то организованно вооружил.

— Пошли! — рявкнул Цыпа, вытащил кастеты из карманов и ударил стальными держателями друг о друга так, что проскочила искра.

Бойцы Дикого Топора тут же двинулись вперед, выходя в первые ряды рабочих.

— Какого черта вы тут делаете?! — крикнул вышедший вперед кореец. За его спиной тут же начали вставать другие мужчины, азиатской внешности.

— Нелегалы, — хмыкнул шрамированный, вставший рядом с бригадиром. — Все нормальные бойцы тут.

— Вам, суки доверили рабочее место, а вы что?! Кто затеял это дерьмо?! — продолжал орать кореец.

— Я! — сделал шаг вперед Цыпа, смотря на корейца ледяным взглядом.

— Ты кто такой?! — оглядел его с ног до головы неизвестный и с размаху влепил своей палкой по лицу здоровяка. — Ты кто такой, чтобы тут решать, кто будет работать, а кто нет?

Цыпа даже не дернулся от удара, хотя тот пришелся ему по лицу и разбил бровь у виска. Из нее тут же потекла капелька крови, что медленно и неторопливо проскользила по щеке, оставляя красную линию и повисла на подбородке.

— Глухой?! — врезал пластиковой трубой по подбородку Цыпу незнакомец. — Кто разрешил тебе командовать на заводе уважаемого Ки Лу Бома?!

Здоровяк спокойно повел челюстью, выплюнул жвачку и резко выкинув руку, схватил за шею корейца.

— Пошли! — рыкнул он, поднял над землей противника и со всей дури зарядил ему по ребрам кастетом.

— Кха! — выпучил глаза тот от боли и хруста в боку.

— Мочи ублюдков! — раздался крик бандита со шрамом на лице, бросившегося на ближайшего азиата.

Ки Лу Бом быстрым шагов вошел в кабинет для совещаний. Он прошел к своему креслу во главе стола, злобным взглядом осмотрел своих заместителей и сел на место.

— Ну! — рыкнул он, осмотрев притихших замов. — Кто возьмет на себя смелость рассказать нам, что происходит на заводе?!

Секунд пять в зале была полная тишина, но затем все же поднялся самый престарелый худощавый мужчина и произнес:

— Если вы позволите… — неуверенно произнес он.

— Пожалуйста, Го Су Ван, пожалуйста, — раздраженно буркнул Ким Лу Бон.

— Сегодня, с утра, на нашем заводе произошла забастовка. Люди пришли на территорию завода, но проходную проигнорировали. Просто собрались вместе и просто стояли.

— И?! — надавил молодой директор. — Расскажите, что было потом, уважаемый Го Су Ван!

Заместитель сглотнул, оттянул галстук, словно ему не хватало воздуха и произнес:

— Мы направили полицейских, дабы они засвидетельствовали, что люди просто бастуют и им никто не угрожает. После этого прибыли люди которых мы наняли.

— Позвольте поинтересоваться, где вы достали этих калек? — язвительно спросил Ки Лу Бом.

— До этого инцидента, они калеками не были…

— А по моему — это калеки, если не смогли разогнать толпу обычных рабочих!

— Господин Ки Лу Бом, у рабочих были кастеты, — осторожно произнес заместитель. — И драться они умеют.

— Я правильно понял, что ваших людей, которым я заплатил деньги отметелили рабочие на моем заводе, которые не хотят работать. Так?

Старичок нехотя кивнул.