Дариэль вздрогнул при упоминании своего имени и опустил взгляд, не имея сил смотреть остальным в глаза.

— Экстренное очищение, — заученно начал он говорить. — Во время боя Проклятые атакуют отравленными иглами и пиявками. Пока отрава не проникла в магический поток, целитель может оперативно удалить пораженный участок плоти и тем самым прекратить отравление и сохранить магию и душу пораженного.

— Отлично, как это делает целитель?

— Он, — Дар сглотнул, но взгляда не поднял. Перед глазами мелькала магия Диары, что, не задумываясь, вычленяла пораженные участки тел и отсекала их. — Он создает магические заклинания, что в форме лезвий отсекают пораженную плоть. При этом магия целителя создает двойной эффект. При рассечении плоти удаленный участок тела подвергается моментальной заморозке. Это сохраняет его целым и невредимым на несколько часов. В таком теле яд Проклятых разрушается в течение нескольких минут. Сам же пациент получает эффект замены. Магия целителя закрывает рану. Не дает возникнуть кровотечению и перекрытию магических потоков. Магия целителя копирует вырванный кусок тела и создает невидимый каркас, сохраняя внутри него потоки магии солдата. Это, в свою очередь, позволяет вживить отсеченную плоть на место практически моментально.

— Получается, — капитан второй команды поднял руку. — Если во время боя мы сделаем это самостоятельно, то потеряем конечность окончательно. Но если это делает целитель, то он все вернет на свои места, как только закончится бой?

— Верно, — кивнул магистр. — Иногда даже во время боя целитель, понимая, что темная магия рассеялась, возвращает отсеченную плоть на место. И для солдата главное в этот момент — принять это как должное, а не истерить, как кадет Туров. Но вернемся к докладу кадета Волкова. Он забыл упомянуть, как весь этот процесс отражается на целителе. И объяснить, почему экстренное очищение делается только в исключительных случаях.

Наступила тишина. Дариэль втянул голову в плечи, не желая, а точнее, отказываясь произносить то, чего боялся и избегал всеми возможными способами.

— Что ж, — магистр отвернулся от него, — Я расскажу сам. Каждая отсеченная плоть, что могла вас убить, приносит боевому целителю страдания. По законам Светлой Магии Высших Существ любой целитель, причиняя человеку физические увечья, испытывает такую же боль сам.

К сожалению, этот закон не учитывает яд Проклятых, ведь он не трогает тела, а только уничтожает магические потоки и душу. Он оставляет тело живым и здоровым, вымарывая из него вас и вашу личность. И потому, когда происходит экстренное очищение, целитель берет весь урон на себя. Вы можете сражаться дальше. Ваша магия будет по-прежнему вам послушна. В пылу боя вы даже порой не заметите, как вас очистили и восстановили. Но боль, которую должен был пережить каждый из вас, переживет целитель. Из-за этого боевых целителей единицы. И кадет Диара Клерос — единственная из вас, что способна это сделать.

Я хочу. Нет. Я требую, чтобы вы осознали. Всё, что вы только испугались во время сегодняшней стычки, кадет Клерос пережила по-настоящему! Одна девчонка! За вас всех! Руки, ноги, мышцы, кожу. Она чувствовала все это сама, забирая вашу боль и позволяя вам сражаться. И она терпела это сегодня, потому что кому-то захотелось поиграть в игры! Потому что кто-то испугался! Для боевого целителя нет теории! Только практика! Только реальная боль! — магистр перевел дух, вглядываясь в застывшие лица кадетов. — Ваши тела восстановились. Как только вы переоденетесь, вы даже не вспомните, где именно у вас вырвали плоть. А эта девчонка, которую приучили поддерживать команду до конца, будет еще сутки чувствовать то, что произошло. За вас всех!

Шая прикрыла ладошкой рот, понимая, что, несмотря на всю ощущаемую боль, Дия все же переживала за нее, за ее страх. Девушка вышла из строя, смотря в ту сторону, где скрылась та, что все это время помогала и поддерживала ее.

— Кадет Мелдок, — магистр не смотрел на девушку. — Вам нельзя присутствовать в вылазках боевых команд: ни в качестве ведущей, ни в качестве ведомой. Пойте в госпиталях священные гимны. На Границе вам делать нечего. Направлю вам расписание первичной подготовки новичков. На этом ваша военная кафедра и закончится. Всем остальным — девять кругов вокруг плаца. Игравшим Проклятых вместе с Княжной столько же, но вокруг Академии! Бегом!

Когда Диара вышла на плац, Ричард тут же её заметил. Словно кто-то окликнул его и подсветил девушку странными бликами, похожими на солнечных зайчиков. Не заметить их было сложно, и потому парень остановился, чтобы понять, что это за зрительный феномен. Если бы не задание магистра Зурба провести инструктаж новобранцам, он бы точно подошел поздороваться. Но появление самого Великого Змея заставило отвернуться и заняться своими обязанностями. Что вызвало вздох облегчения у Роберта.

— Бесишь, — тихо огрызнулся на него Ричард, удивляясь, как невозможность подойти к девушке так быстро испортило ему настроение.

— Просто не люблю, когда Мелинда злится.

— А когда я злюсь? Тебя устраивает?

— Не утрируй, брат. Она княжна.

— Она дура. Импульсивная, эгоистичная и избалованная. Пока ты будешь и дальше ей потакать, ничем хорошим это не закончится. Я больше в ваши игры не играю и втягивать в них Диару не позволю.

— Хочешь сказать отцу о разрыве помолвки? — Роберт с усмешкой взглянул на брата. Тот медленно развернулся к нему. Гневный взгляд смерил парня с головы до ног.

О да. Разговор о разрыве помолвки с родителями у братьев никогда не получался. После потери Хранителя Дома десять лет назад отец всегда напоминал, что они не могут потерять дружбу Дома Белых Грифонов. И потому, если княжна хочет одного из братьев себе в супруги, так тому и быть. Ричард под таким напором отца отступал, осознавая свои обязанности перед людьми, которых они защищали. Но появление Диары все изменило.

Улыбка Роберта медленно сошла с лица.

— А если это не она, — попытался он сбавить боевой настрой брата. — Просто похожая магия.