— Он тоже был здесь? — я сделал вид, что удивлён.

Креод помедлил, кивнул:

— Да, был. Что-то сделал с вами, по словам его милости Азура, очень мощное и странное. Не знаю, что именно, но когда я вернулся, вы стали шире в плечах и выглядите теперь старше на год или даже два, хоть и щёки ввалились.

— Ещё на два года?! — изумился я, хватаясь за лицо.

Бороды не нащупал, лишь колкую двух-трёхдневную щетину, но черты лица и впрямь изменились, загрубели, что ли.

Состав Кузни крови и её обучение и так добавили мне возраста, если ещё два года, то теперь я что, выгляжу на все двадцать? Мне же всего чуть больше шестнадцати…

Ну, в общем-то, так оно и вышло. Бритьё тоже не особо помогло. В шатре я с каким-то мрачным унынием таращился на своё отражение в зеркале. Какие ещё год или два? Тут все пять на роже добавилось. И вообще, этот мрачный тип со шрамами на лице точно я?

Прошептал:

— Что за хрень на мне использовал Вир?

Ирал торопливо ответил на мой вопрос:

— Техника была из раздела света. Но я… — и замолчал.

Я криво ухмыльнулся, с какой-то оторопью наблюдая эту ухмылку в зеркале. Да этого типа из зеркала в лесу на тёмной дороге встретишь, сам предложишь ему деньги, лишь бы в живых оставил. А с молчанием Ирала всё ясно — либо не было такой техники тысячу лет назад, либо он просто не помнит её, что скорее всего. Как не помнит и десятки других техник даже Дома Оскуридо, не то что Домов других королевств.

Сквозь стенку шатра прошла одна из безымянных теней, скользнула к Ариосу, а тот через несколько мгновений шагнул ко мне:

— Господин, прибыл обоз с птенцами Кузни и Академии.

Я перевернул зеркало, чтобы не видеть себя, и глянул в сторону Креода, который грел на огне кружку вина. Дождался, когда он протянет её мне, принял и спросил:

— Илиот ещё не вернулся?

— Нет, господин.

— Тогда поможешь мне пройтись по тем людям, с кем мы ведём дела, не будем терять время. Возможно у них есть хоть одна хорошая новость, заглушить горечь от рожи в зеркале.

— Хорошо, господин, раз вы считаете, что это вам по силам. Но… Господин, пока я помогал вам мыться, заметил, как вы осунулись, вы точно не хотите сначала подкрепиться?

Живот тут же заурчал, я прижал его ладонью и с улыбкой признался:

— Похоже, ты прав, так что придётся отложить прогулку по лагерю.

— Понял, господин. Я сейчас, я живо.

Креод выскочил из шатра и, похоже, убежал, судя по звуку шагов. Я же поджал губы. Очень хотелось задать ему откровенный вопрос, но задавать его мне было страшно. Однажды я уже потерял близкого мне человека. До сих пор помню, сколько ненависти было во взгляде Флайма, как страшно мне было видеть кинжал в его руке и как мне пришлось его убить, спасая свою жизнь.

Да, тени сказали, что Креод знает о них, сказали, что он видел странный ромбовидный шрам на лбу. Тени сказали, что они буквально плечо к плечу сражались с ним против реольцев, а затем он даже пытался прятать следы непонятных смертей. Но одно дело что-то там подозревать странное, и совсем другое прямо услышать от своего господина — продолжишь служить проклятой крови прислужников Безымянного?

Для такого вопроса самому господину нужно набраться храбрости и одной чаши вина маловато. Попросить Креода добавить к еде полный кувшин?

Глава 12

Только начав есть, я в полной мере осознал, насколько был голоден — когда я засунул в рот первую ложку густого мясного варева, то словно обезумел — от разума не осталось ничего, кроме одной мысли — еда, еда, еда!

Я смолотил и котелок варева, и две здоровенных лепёшки хлеба, и половину сырной головы, а яростный голод и не думал утихать, напротив, крутил живот так, словно я который день ничего из еды не видел.

Оглядел пустой стол, поджал губы и потребовал:

— Ещё.

— Господин, вам может стать…

В моей руке хрустнула деревянная ложка.

— Ещё!

— М-м-м, сейчас, господин, — Креод положил передо мной вторую половину сырной головы, негромко добавил. — Вот, а я пока сбегаю ещё за одним котелком.

Я отрывисто кивнул, с трудом удерживая себя от того, чтобы не вцепиться в сыр прямо так, ломая его пальцами и запихивая в рот вместе с восковой коркой. С трудом заставил себя взять нож и напластать его крупными кусками.

Жрал, по-другому это не назвать, я не меньше часа, проглотив и новый котелок с похлёбкой, который принёс Креод, и ещё один котелок с крупными кусками варёного мяса, что притащил следом какой-то солдат.

Совершенно не понимаю, как всё это в меня влезло, но даже живот не надулся, словно всё, что в него попадало, переваривалось сразу же, мгновенно. Но жуткий голод я заглушить сумел. Больше того — щёки больше не были так болезненно впалы. Увидь меня сейчас тот же лекарь Азур — не поверил бы, что прошло всего несколько часов с нашей последней встречи.

Это явно ненормально. Но вроде бы это не последствия лечения Креода — там скорей бы пришлось ожидать вспыхнувшей жажды крови, как у Кровавого Борака, которого я прикончил в девятнадцатой Башне.