— Тэджун, ты чего вернулся? Уже все домой уходят, — сказал Кун, с которым я столкнулся у лифта.

— Хочу овец проверить.

— Что их проверять? Мы с ветеринарами все образцы собрали, овец пометили, чтобы не перепутать. Завтра с новыми силами начнем облучение.

— Ну ладно. Тогда в уборную схожу и пойду на метро.

— Давай я тебя подвезу? Мне практиковаться надо, а то уже давно не ездил.

— Ладно, жди меня у входа.

Кун направился к охранникам, стоящим у двери, а я к запасному выходу. Благо в той стороне находились туалеты и различные кладовые, поэтому ни у кого не должно возникнуть никаких вопросов.

Чтобы все выглядело правдоподобно, сначала завернул в туалет, постоял там пару минут, затем вышел и двинулся к запасному выходу. Поднес свой пропуск к замку, и дверь открылась.

Слева увидел серый металлический контейнер, а потом переместил взгляд повыше и с раздражением выругался. Вся территория была напичкана камерами, если я начну рыться в мусорном баке, охранники тут же это заметят. Что же делать?

Я постоял немного в дверях, развернулся и двинулся к выходу. Забрать что-то с мусорного бака нереально. Нужно придумать другой план.

Как и договаривались, Кун ждал меня напротив дверей в стареньком потрепанном фургоне зеленого цвета. Он просто светился от счастья, хотя эта рухлядь тарахтела и выпускала черный вонючий дым.

— Тэджун, садись! — махнул он мне рукой.

Я забрался на пассажирское сиденье и был приятно удивлен чистотой и свежестью внутри фургона.

— Этой машине уже лет пятьдесят, а выглядит как новенькая, — Кун любовно провел рукой по приборной панели.

— Внутри — да, но вот снаружи… Нужен небольшой ремонт. Хотя бы покраска. Ну и фильтр на выхлопную трубу, а то могут оштрафовать за вред, нанесенный окружающей среде, — улыбнулся я.

— В этом ты прав. Вот заработаю в субботу денег на крокодиле и сделаю.

— У тебя денег нет, чтобы ставки делать, — напомнил я.

— Пока нет, но ты же мне одолжишь. Правда? — с надеждой спросил он. — Не хочу у родителей просить. Они, конечно, дадут, но столько будет нотаций и нравоучений, что уши завянут.

— Одолжу, конечно. Но на большую сумму не рассчитывай. Моя зарплата ненамного выше твоей.

— Зато, когда станешь начальником отдела — тогда заживем, — Кун вырулил на оживленную дорогу и повез меня в сторону дома.

Фургон чихал и пыхтел, коробка передач трещала при каждом переключении. Стало ясно, что одной покраски явно будет маловато.

Когда подъехали к моему дому, Кун схватился за живот и попросил:

— Можно я к тебе зайду? Что-то живот с обеда крутит.

— Пора прекращать есть из автоматов, — нравоучительно произнес я и уже хотел пригласить в дом, но тут вспомнил про Сувона.

— Может, в кустики сходишь? За домом парк есть. Там обычно пусто.

— В кустики? Ты с ума сошел? Тебе что, унитаза жалко? — возмутился Кун, продолжая держаться за живот.

Я тяжело вздохнул и кивнул:

— Нет, не жалко. Пошли.

Когда мы поднялись на мой этаж и подошли к квартире, я повернулся к другу и строго сказал:

— Никому не говори то, что увидишь. Понял?

Он удивленно уставился на меня и кивнул.

— Понял, но если ты маньяк-убийца, то мне лучше сходить в кустики.

— Не волнуйся. От трупов я сразу избавляюсь и дома их не держу, — хохотнул я.

Как только дверь открылась, из глубины квартиры послышался яростный лай.

— Ты собаку завел? А она меня не покусает? — осторожно заглянул мне через плечо Кун.

— Не волнуйся, он в клетке… Черт, я же хотел поводок и намордник купить. Придется сходить в ближайший зоомагазин.

Мы зашли в квартиру, и Кун сразу прошел дальше, чтобы посмотреть на собаку.

— Тэджун, это же тот самый питбуль! Ты что, украл его?

На лице лаборанта одновременно читались удивление, возмущение и страх. Он указывал на клетку с яростно бросающимся на дверцу клетки псом и не сводил с меня ошарашенного взгляда.

— Да, украл. Хозяин от него отказался, а начальник велел убить и сжечь. Раз он никому не нужен, то я забрал его себе. Не вижу в этом ничего предосудительного, — пожал я плечами.

— Ты не думай, я не против. Но… он ведь тебя убьет, — последнюю фразу он сказал шепотом.

— Нет, не убьет. Я знаю, как все исправить. Осталось только вколоть ему еще одну дозу облученного раствора.

— Никто не разрешит тебе тратить энергию на этого пса. Он уже списан и никому не нужен, — покачал головой Кун.