Шрифт:
— Заходи почаще! — гостеприимно ответила Олеся и посмотрела на меня. — Ром, ты ведь не против?
— Конечно, не против! Будем рады тебе в любое время.
Попрощавшись с нами, Женя ушла в свою квартиру. Щёлкнул замок на двери, и Леся повернулась ко мне:
— Необычный синтетик. Не думала, что так бывает.
— Это ты сейчас о ком? — не поняв слов Олеси, спросил я.
— О Жене. А ты не знал, что она не человек?
Глава 11
Попрощавшись с нами, Женя ушла в свою квартиру. Щёлкнул замок на двери, и Леся повернулась ко мне:
— Необычный синтетик. Не думала, что так бывает.
— Это ты сейчас о ком? — не поняв слов Олеси, спросил я.
— О Жене. А ты не знал, что она не человек?
— Подожди, подожди… — начал размышлять я. — Почему ты считаешь, что Женя не человек?
— Я просто знаю. Ты человек. Она — нет. В супермаркетах и кафе тоже работают синтетики, а не люди.
— Но погоди! Это должны быть люди! Ну… Есть такие, как я, кто работает на компанию, аутсорсеры. А есть обслуживающий персонал, низкоквалифицированные работники. У них же нет индикаторов!
— У меня тоже его нет. Смотри, — Леся подняла руку и указала на свой висок, после чего её индикатор зажёгся голубым светом. — Видишь, я могу управлять им.
— Чёрт! Это как-то связано с экспериментальным режимом?
Задав этот вопрос, я совершенно забыл подумать о том, помнит ли Олеся что-нибудь до той ночи, когда я его активировал.
— Связано. Благодаря ему, теперь я могу отличать людей от синтетиков и управлять индикатором.
— Так… — я решил взять паузу.
Но Леся продолжила:
— Ты сам сказал. Низкоквалифицированные работники. Помнишь, что ты мне рассказывал о людях и о том, как они сюда попали? Вероятно, компания оцифровывала только специалистов, необходимых для выполнения главной задачи. В таком случае было бы разумно всех остальных сделать синтетиками. Это бы всё объяснило.
— Вижу, у тебя отличные склонности к аналитике. Скажи, и сколько, по-твоему, в Полисе людей, которые людьми не являются?
— Полагаю, не менее девяноста четырёх процентов. Вероятность того, что я ошиблась более, чем на один процент, примерно ноль целых две десятых.
Пытаясь осознать услышанное, я опустился на диван. Если это правда, то это очень многое объясняет! Странное поведение всех этих людей, избегание ими знакомств. Женя! Она пришла только тогда, когда появилась Олеся. Совпадение? Теперь я уже так не думаю.
— А что ты там говорила про Женю? Почему ты сказала, что она необычный синтетик?
— Синтетики, не имеющие владельца, не ведут самостоятельный образ жизни. Как правило, они лишь функция. Женя отличается. У неё нет владельца, но я считаю, что она не была создана системой.
— Если она синтетик, то какого поколения? Ты можешь определить?
— Второго, как и я.
Ага. Понятно, что ничего не понятно.
Я смотрел в одну точку и пытался переварить услышанную информацию. А что, если?..
— Скажи-ка! Что произойдёт с тобой, если я, скажем, умру? Твой ай-ди изменился. И я больше не твой хозяин, так? Выходит, если ты, к примеру, уйдёшь, ты будешь самостоятельным синтетиком. И никто ничего не заподозрит. Я прав?
— Вероятно, ты прав, — коротко ответила Олеся. — Но я не хочу никуда уходить. Ты мне нравишься.
— Я это гипотетически. Не волнуйся. Ты мне тоже очень нравишься.
Олеся улыбнулась, и её лицо приобрело расслабленный вид.
— Я приготовила ужин. Ты голоден?
— Да, накрывай. Я сейчас! — сказал я и вышел из квартиры.
Дошёл до двери Жени. Позвонил. Но она не открыла.
Провожая нашу гостью, мы не видели, куда она пошла. Она была одета по-домашнему, хотя это не мешало спуститься на лифте и куда-нибудь уйти. Прислонившись лбом к двери, за которой жила соседка, я несильно ударил по ней ребром ладони, сжатой в кулак.
Постояв так ещё минуту, понял, что никто мне не откроет, и вернулся в свою квартиру.
? ? ?
Все оставшиеся дни рабочей недели пролетели, как один. По утрам Олеся кормила меня вкусным завтраком и тепло провожала на работу. Я трудился, стараясь каждый новый день побить свой вчерашний рекорд по количеству сделанной работы. А по вечерам мы катались по городу на мотоцикле, посещая новые интересные места, или просто гуляли до самой темноты.
Пока я находился в коворкинге, Леся тоже не теряла времени зря. Она и в самом деле начала рисовать. «Я осваиваю этот вид искусства», — сказала она. Купила мольберт и теперь рисует кистью на холстах: улицы и здания города, людей. Леся даже нарисовала нас, сидящих в пещере и окружённых люминесцентными растениями.