— Хм… — посмотрел я на мужика сурово. — У вас оказались твари с моих земель. Это возмутительно!

— Я… Простите, — уже почти на колени упал он.

— Имена тех, кто вам продал. Это раз. Зелья усиления магии, скорости, заживления и силы. По пять штук. Это два. И три — книги, учебники по алхимии.

— Это много! — тут же заявила Оленька.

— Больше, чем тюрьма? Рудники или смерть? — уточнил я, и она сразу же замолчала.

— Если отец отдаст, то у нас сейчас нечем будет торговать, — нашла, что ответить, девушка после раздумий.

— А я должен об этом переживать?! — тряхнул головой от их наглости.

— Дочь! — наконец-то вмешался Смирнов. — Молчи!

— А что дальше? — повернулась девушка к нему. — Ты только через неделю сделаешь новые зелья. За аренду платить уже через три дня. Тогда для чего всё это было? Мы последние деньги отдали за тех тварей.

— Очень грустная история, — шмыгнул я носом. — Давайте я вам расскажу свою. Мой уважаемый род Магинских кто-то обокрал. Сделал это настолько нагло и открыто, что продаёт наших же монстров. И не где-то, а в ближайшем городке. Это урон для нашей чести и доходов. За такое одно наказание — смерть.

Все замолчали. Лампа крутил головой, следя за говорящими.

— Но это не мы! — попыталась оправдаться Ольга.

Удачно я съездил в город… Много нового узнал. Как же мне выжать максимум из ситуации? Посмотрел на своего недоалхимика и улыбнулся.

— Вот моё последнее предложение, — сказал я, и Смирнов тут же поднял на меня взгляд. — Учебники по алхимии, и ваша дочь отправляется со мной на нашу землю. Будет работать.

— Нет! — тут же оборвал меня мужик.

— Вот что вы за люди… — хмыкнул я. — И так не так, и сяк! Вам тюрьма и смерть грозит, а вы артачитесь.

— Я согласна! — подошла ко мне девушка.

— Похвально, — кивнул я. — Но это ещё не всё. Помимо работы и готового продукта, ты должна поднатаскать моего «профессионала».

— Двадцать процентов зелий я буду отправлять отцу, — уставилась на меня Олечка, словно я с ней торгуюсь или вообще должен.

Какая бойкая… А она мне нравится. Воспитывать придётся, но думаю, что справлюсь.

— Имя тварей? — кивнул Смирнову.

— Требуховы… — опустил он голову. — Прошу, только не говорите, что узнали от меня.

— У тебя десять минут собраться, — бросил я Оле и направился на выход.

Оказался на улице в хорошем настроении. Узнал, что у нас воруют и кто. Получил какого-никакого алхимика и учителя для Лампы. Почти сделка века, причём ничего не потратил.

А вот со стариком нужно будет поговорить, но это после общения с Георгием и Елизаветой. Посмотрим, кто там ответственен за моё отравление. Ну, и пора бы прогуляться с охотниками в лес. Есть у меня одно нехорошее предчувствие.

— Она вам понравилась? — вырвал из размышлений Лампа. — Красивая…

— Друг мой, мне сейчас почти все девушки нравятся. Возраст такой, — сдержал я смешок.

В назначенное время на улицу вышла Оля с парочкой чемоданов. Отец её крепко обнял со слезами на глазах. Я стал свидетелем душещипательной сцены прощания. Вот только парочка брошенных им фраз сразу показали, что на самом деле он счастлив, а дочери очень повезло. Что ж, я тоже так считаю…

Мой недоалхимик взял у девушки поклажу, и мы направились обратно к машине. Борис не задавал лишних вопросов и просто убрал в багажник чемоданы. Мы уселись и поехали.

Лампа снова прилип к окну и разглядывал город. Людей вокруг стало только больше.

Девушка же сидела рядом, но отстранилась и старалась не соприкасаться со мной телом.

— Я не буду с вами спать! — заявила она.

— Прости? — повернулся, взглянув на неё.

— Только работа. Быть подстилкой я не нанималась, — повторила Олечка.

— Дорогуша, — вздохнул я. — Для начала я барон, а ты… Хорошая девочка, хоть и достаточно дерзкая. Меня не интересует секс с тобой. Только твои навыки и обучение.

Лампа повернулся и внимательно посмотрел на меня.

— Да! — вдруг сказал парень. — В особняке хозяина столько красивых служанок. Да любая королевская знать мечтает получить такого мужа, как Павел Александрович.

Ух ты… Забавно. Он меня защищать, что ли, пытается? Как мило…

— Ты сказал, что я страшная? Так? — переиначила слова Оля.

Лампа открыл рот и завис, не каждый справится с таким напором. С женщиной спорить — себе дороже. Всё равно шиворот-навыворот вывернет.