— Подумай ещё раз. Я предлагаю миллион всего за месяц работы… — мягким голосом сказал он почти на ухо.

На фоне маленькой, стройной и хрупкой Маши этот амбал выглядел как огромный неподъемный шкаф. Каждая мышца его тела была красиво отсечена, в его теле не было ни грамма лишнего жира, а огромные монструозные мышцы пугали девушку.

Маша задумалась на секунду, затем отшатнулась от Дубова.

— Нет, я не буду этого делать! Я не шпионка! А шпионить за дорогим тебе человеком — это низко! — решительно сказала она.

— Может быть, ты поймёшь, что отказываться неразумно… — Митсуми резко поднял руку, схватил брюнетку за голову и грубо опустил её к столу, приложив, весок о столешницу.

Раздался удар. Он был такой силы, что у Маши потекли слёзы сами собой.

— Ай!

Митсуми прижал её щекой к холодной столешнице и наклонился ближе к лицу:

— Подумай ещё раз, как ты хочешь поступить. Ведь если ты откажешься, то никто не знает, что может случиться с кем-то из твоих родных, а может быть, и со всеми сразу случится несчастный случай… — оскалился огромный якудза.

Последние слова мужчины выбили почву из-под ног девушки и отняли последние силы. Маша несколько секунд чувствовала огромное давление на голову, согнувшись над дорогим столом, пока не прошептала в слезах:

— Ладно… Ладно… Я сделаю, только не трогайте мою семью…

— Вот и отлично. Я знал, что моё предложение будет выгодно нам обоим. А теперь прошу покинуть мой офис. На выходе из комнаты тебя будут ждать люди, которые доставят тебя куда угодно — Митсуми отпустил девушку и прошёл по кабинету к маленькому столику, на котором стоял кувшин с лимонной водой.

Маша, утирая слёзы, встала и пошла к выходу, стараясь не расплакаться окончательно.

— Широ! — крикнул Дубов, когда девчонка покинула кабинет.

В комнату снова вошёл советник:

— Да, босс?

— Дождись вечера, когда Васильев будет на работе, и приведи мне его сестру.

— Как скажете, Босс.

Митсуми Дубов выпил холодной воды с лимоном и сел на диван. Он снова достал чёрный блокнот и что-то в него записал.

Пригород Токио. Время 23.42.

Мы приехали к загадочному дому уже ночью. Здание находится в индустриальном районе недалеко от города.

— Вот мы и на месте! — сказал Илья, припарковав машину у покосившегося хлипкого забора. Затем он вышел из машины и пошёл к багажнику.

— Ну, давай посмотрим, что за хрень здесь обитает — сказала Алиса, выйдя из машины.

Я взял свой посох и тоже вышел. Зуб скелета позволял мне хорошо видеть в темноте, а вот ребятам пришлось надевать красные специальные очки, чтобы нормально ориентироваться в ночной тьме. Легионеры совсем не пользовались фонариками, или чем-то подобным. Технологии этого мира позволили создать очки, с помощью которых намного лучше можно видеть в темноте. Так что нам предстояло всё оставшееся время провести в доме в абсолютной темноте, без капли света.

Бурый достал из багажника большие ножницы по металлу и перекусил забор, создав нам проход.

Здание выглядело как старое общежитие для рабочих при заводе. Об этом говорила и старая, почти иссохшая вывеска. Сам завод тоже давно уже пустует, но его территория огорожена и охраняется. Завод кто-то уже купил, и пока идёт бумажная волокита, его оградили отдельным хорошим забором. Собственно, охранник завода и пожаловался, что в старом общежитие происходит какая-то чертовщина. Мужчина патрулировал свою территорию, когда из общежития послышались голоса, крики и механические звуки, похожие огромные катающиеся валуны.

Всё это рассказала Алиса, пока мы шли к дому.

— Да уж… Местечко не самое комфортное — почесал затылок Илья.

— Разве? — ухмыльнулась Алиса — Я думала, ты в школьные годы только в таких тёмных злачных местах и ошивался с парой легкомысленных школьниц.

— Ну да, я любил выпить в компании на заброшке, но это было так давно… Я был молодой и тупой — посмеялся мужчина.

— Ага, а теперь ты старый, но по-прежнему тупой — усмехнулась Алиса.

— Да я не старый, мне всего двадцать шесть!

Ну вот, ребята вроде бы пришли в норму, даже снова начали подкалывать друг друга. А то голубоволосая навела жути своим рассказом о доме.

— Давайте потише. Всё-таки мы пришли не бомжей пугать, а на демона охотиться — сказал я, осматривая старое общежитие с улицы.

Несколько стёкол выбиты, облицовка дома давно выгорела на солнце и местами облупилась. На стенах есть граффити и рисунки. Крыльцо и весь первый этаж дома заросли растениями, кустами и лианами. Типичное заброшенное здание, с мусором внутри и всеми вытекающими.