—А если эти китайцы устроят серьёзную атаку башни дронами? Атаку, например, сотни дронов мы выдержим? — не унимался Семён Семёнович.

—Должны выдержать. Если автоматика сработает как надо, — Кречет выразительно глянул на Воротынского, — и если успеем быстро мобилизовать всех, кто обучен управлять нашими боевыми дронами. Теоретически, мы к такому варианту готовы. А практически... Ну, давайте завтра с утра учения проведём, чтобы все убедились, что…

—Не надо. Поздновато теперь учения проводить, — отрезал премьер. — За нами, наверняка внимательно следят. И снаружи, из Третьей, и изнутри, при помощи внедрённых агентов. Если начнем раньше времени суетиться, решат, что мы испугались.

—Да откуда у них сотня дронов? Эти двое вчера прилетели сюда из Шанхая в двухместном флаере с парой чемоданчиков, — пробурчал Аркадий Антонович, не прекращая что-то настукивать на клавиатуре своего ноутбука.

—Откуда знаешь? — уставился на него Кречет.

—У меня свои каналы...

—В Третьей башне?

—Ну да. В Третьей тоже IT-шники есть. Только ты, со своими СБ-шными штучками к ним не суйся. Нормальные там ребята. Не продажные. Сдавать своих работодателей соседским СБ-шникам они точно не станут. А вот поболтать о том о сём по-дружески с коллегой...

—А на складах у них в Третьей башне может быть сотня дронов? — подал голос Жохов. — Ну, хотя бы теоретически?

—Теоретически, может быть и тысяча. В контейнерах. В запакованном и разобранном виде, — Кречет ухмыльнулся. — То есть их надо распаковать, собрать, зарядить… И это при условии, что атака на нас готовилась сильно заранее и эти дроны, и команду, которая будет их готовить и запускать в Третью заранее завезли. Ну, на всякий случай я, конечно, дам ребятам из второго отдела задание, чтобы они этот вопрос проработали.

—Ладно, — премьер встал и обвёл взглядом присутствующих. — Судя по тому, что мы сейчас обсуждаем, наш общий совет королю будет — башню не продавать. Правильно? А мы сейчас принимаем все меры предосторожности, ожидая что нас будут запугивать и пакостить по всем фронтам, принуждая к сделке.

Министры более-менее согласно закивали.

—Спасибо, — Иван встал. — Я в целом-то понял, что происходит. Но не понял пока, чем лично я могу тут помочь.

—Ты? — премьер улыбнулся: — Просто живи, как живёшь и не поддавайся панике. А мы как-нибудь…

—Простите, Семён Семёнович, — в открывшуюся дверь заглянула Линда, толкая перед собой тележку с большим кофейником и тарелочками с пирожными: — Там уже все министры собрались. У вас всё ещё закрытая часть, или всем уже можно входить?

—И у меня вопрос, Сэм — вклинился Воротынский. — Раз мы в узком кругу уже всё в целом решили, то, может не будем больше сейчас нагнетать? Где, в конце-концов шампанское? Конкуренты, наконец, оценили наш многолетний труд таким мощным бизнес-предложением. Я считаю, это уже само по себе успех. Надо отметить. А проблемы, сложности… Они и раньше всегда были.

—Да, Аркаш. Пожалуй, ты прав… Линда, Танечка, скажите, пусть уже все заходят. И организуйте нам шампанского.

***

—Линда говорит, какие-то китайцы хотят нашу башню купить. — Светлана встревоженно посмотрела на Ивана.

Он только кивнул в ответ. В голове гудело. После короткого фуршета четверо ведущих министров и Иван уединились в малом кабинете Сэма для разработки подробного «плана обороны». Разошлись только через час. Иван так и не понял — то ли он уже совершенно протрезвел после этого совещания, то ли… ощущение было, словно он чем-то отравился. Даже вкус рассольника, приготовленного Тихоном, казался теперь каким-то не таким. И ещё, под этот рассольник почему-то хотелось тяпнуть грамм пятьдесят холодной вонючей водки, а лучше побольше, чтобы сразу потом отрубиться.

—Что, всё настолько плохо? — в пол-голоса спросила Лана, погладив его по спине.

Иван вздохнул:

—Никому я вас не продам. Да и министры не советуют. Говорят, мы в ближайшее время будем только дорожать… Если только нас прямо щас в грязь не уронят.

—Но ты-то, если продашь башню, всё равно ведь окажешься при очень больших деньгах, да?

—Угу, — Иван отхлебнул ещё ложку рассольника и отодвинул тарелку в сторону.

—Тогда что на тебя так давит?.. Если ты обо мне, то мне совершено всё равно… То есть мне не важно, что ты решишь, где окажешься. Я всё равно за тебя, я с тобой. Даже если у тебя снова ничего-ничего не будет.

—Почему-то я в этом даже не сомневался, — Иван, впервые за ужин, улыбнулся. Погладил её руку. Но тут же опять помрачнел. Линда убрала тарелки с супом и поставила перед ними второе. Второе выглядело шикарно, но есть Ивану совсем не хотелось. — Понимаешь, Лан... Я раньше как-то не думал, что наверху СТОЛЬКО грязи. С этой едой вот, с магазинной… Ну, думал, на совесть им надавлю, дам маминых огурчиков, помидорчиков попробовать, чтобы каждый лично почувствовал разницу, и они со мной согласятся. Думал, чуть-чуть над энергетикой сейчас поработаем, и можно будет всем людям в башне обеспечить нормальный горячий душ, без этих идиотских лимитов. А тут… Мы, оказывается, в таком дерьме, что речь идёт о жизни или смерти жителей башни, а не о том, что кому-то не хватает тёплой воды из крана. И знаешь, что самое поганое?