Шрифт:
Птица звонко каркнула, несколько раз пролетела над их головами и вдруг рассыпалась сотней черных искр.
– Чертовщина, – пробормотала Нина и осторожно заглянула в распахнутую дверь.
Варна вошла в храм следом за ней. Отвратительный запах гниющей плоти сбивал с ног. Она прижала рукав к носу и скривилась.
Храм стал погостом – повсюду, насколько хватало глаз, лежали истерзанные тела.
– Господи, помилуй… – прошептал Добрыня.
Слава достала лучину и запалила ее. Мягкий свет огня озарил алтарь, но лучше бы они не видели того, что стало с жителями Моррея.
Обезображенные обнаженные тела лежали повсюду. Некоторые навсегда застыли в процессе соития – так и испустили дух, не прекратив оргию.
Варна подошла ближе и увидела на коже покойников следы от зубов и ногтей. Люди погибли в экстазе, предаваясь плотским утехам, они рвали друг друга на части.
– Какая мерзость! – воскликнул Добрыня.
– Господи! – раздался высокий детский голос.
– Господи! – вторил ему другой.
Варна вскинула голову и увидела двух птиц, сидящих на распятии. Их головы вращались вокруг своей оси, а черные бусины глаз сверкали, отражая свет пламени.
– Господи! – пискнула одна из птиц. – Почему Ты оставил нас?
– За что Ты наказываешь нас, Господи? – заголосила вторая.
– Изыди! – выкрикнула Нина.
– Спаси меня, Господи, ибо не стало праведного, ибо умалилась истина у сынов человеческих [10] , – горячо зашептал Свят.
– Спаси нас, Господи! – завизжала птица.
– Спаси нас! Спаси! Спаси!
– Отец наш Небесный, – стали читать Нина, Добрыня и Слава, – дай нам сил, дай нам воли. Пусть руки наши не знают промаха, пусть сердца не знают жалости…
10
Пс. 11:2.
Раздался громкий треск, стены затряслись, с потолка посыпалась белая пыль.
– Бежим! – выкрикнула Варна, толкая Свята в сторону выхода. – Быстрее!
Ей удалось вытащить его из храма за мгновение до того, как колокол провалился сквозь крышу и рухнул вниз. В клубах поднявшейся пыли Варна попыталась разглядеть своих. Впереди, как ей показалось, она заметила Нину, но стоило коснуться ее плеча – видение рассеялось. Ожившая покойница прыгнула на Варну, но Свят сбил нечисть с ног мощным ударом в грудь.
– Проклятие! – выругался он. – Прикрывай, Варна!
Она тут же заняла позицию за его спиной. Они столько раз бились на площадке, что даже спустя десять лет она все еще помнила, каково работать с ним в паре.
Густой туман поглощал звуки, Варна не видела ничего дальше собственного носа. Она сжала меч и медленно двинулась следом за Святом.
– Пeкло, – сквозь зубы пробормотала она.
Тень Свята поднялась из земли и встала рядом с ним. Черная фигура без лица вынула из-за пазухи меч и замерла. Варна шарахнулась в сторону и едва не перекрестилась.
– Ищи, – тихо сказал Свят.
Тень бросилась в туман, расчищая для них путь.
– Пошли! – выкрикнул Свят, и Варна подчинилась.
Они долго шли в густом мареве, лишенные обзора. Даже если бы рядом находился кто-то из товарищей, они бы не узнали об этом. Насланный ведьмой морок дурачил их, заставляя блуждать в его непроглядной белизне, словно слепых щенков.
– Слышишь что-нибудь? – спросил Свят.
– Нет, – ответила Варна.
– Я не к тебе обращался.
Она прикусила язык.
Тень вынырнула из тумана, и Варна попятилась от неожиданности. Свят раздраженно посмотрел на нее через плечо, и она с трудом совладала с желанием пихнуть его в спину. Нрав Свята и раньше был не сладким, а с годами, похоже, стал только хуже.
Тень положила руку на плечо Свята, и несколько мгновений они просто смотрели друг на друга.
– В городе никого нет, мы движемся к главным воротам, – сообщил Свят.
– А остальные?
– Они уже покинули город. Если здесь и была ведьма, то она давно ушла. – Он убрал оружие в ножны и уверенно пошел вперед.
– Ты уверен? Не стоит ослаблять бдительность, – сказала Варна.
– Я доверяю ему.
Не лучшее время для расспросов, но она с самого детства любила лезть на рожон.
– Свят, – начала Варна, – что это за…
Не успела она договорить, как тень припала к земле и исчезла.
– Не понимаю, о чем ты, – холодно сказал Свят.
– За дуру меня держишь? – Она задала вопрос беззлобно, желания препираться с ним у нее не было. – В который раз я вижу это существо и хочу знать, почему ты до сих пор жив. Неужели ни один воин Святого Полка не догадался?