— Ты сказала, что с даром рождаются. Значит, паладином может стать не каждый?

— Все зависит от дара. Кто-то ощущает Свет явно, кто-то слабее. Паладины проверяют всех новорожденных на Деймосе и, если есть хоть малейшая склонность к Свету, детей забирают от родителей в один из храмов.

Я помрачнел.

— Что-то не так? — она обернулась и взглянула на меня.

— А если ребенок склонен к Тьме?

Катерина не ответила и опустила взгляд.

— Его убивают. — Догадался я.

— Если некроманты не находят его первым, — тихо добавила девушка. — Тогда они забирают его к себе и учат колдовству.

— Значит, у людей просто нет выбора? Они обязаны поддерживать одну из сторон? Нельзя остаться в стороне?

— Для паладинов те, кто не присягнул Свету — враги. Для некромантов — оружие.

Невольно я вспомнил об участи жителей Антли. Выходит, выбор у местных небольшой — поддержать Свет или Мрак, или погибнуть. Хотя, они и так гибнут в вечных стычках между паладинами и некромантами, как это случилось в Дарремшире, или от лап диких тварей.

Кстати, о Дарремшире.

— В подземелье я нашел Томаса и других жителей Дарремшира, — сказал я. — Паладины схватили всех, кого подозревали в связи с некромантами. Их пытали. Убивали. А тела скидывали в яму. Ты знала об этом?

— Паладины жестоки и фанатичны. — Катерина кивнула. — К сожалению, я поняла это слишком поздно… Скажи, ты смог помочь этим несчастным? — с надеждой спросила она.

— Я выпустил их, показал тайный проход. Надеюсь, они доберутся до дома.

— Ты поступил правильно.

— Да? — я вскинул бровь. — Для этого мне пришлось объединиться с некромантами и перебить кучу паладинов.

Все события минувших дней вдруг встали перед глазами. Все чувства и эмоции, которые я хотел спрятать в глубинах сознания, оказались на поверхности. Я сжал кулаки.

— Мы все вынуждены выбирать… — спокойно начала Катерина, но я перебил ее.

— Выбирать между одним злом и другим? — перебил ее я. — Не выбирать нельзя — станешь врагов для всех и сдохнешь. Выбрать меньшее зло тоже нельзя. Его просто нет! Что паладины, что некроманты — две одинаковые кучи дерьма. Так что я вынужден выбрать, Катя?

— То же, что выбрала я. — Невозмутимо ответила девушка. — Сторону людей. Я хочу избавить Деймос от войны. И для этого мне нужна твоя помощь.

— Вот как? — я немного остыл. — Мне твоя тоже не помешает.

— Значит, мы поможем друг другу. — Резюмировала Катерина.

Кажется, напряжение между нами немного улетучилось.

— И еще, — сказала девушка, после недолгой паузы. В свете факела мне показалось, что щеки девушки немного покраснели. — Когда ты говорил о зле. Как ты меня назвал?

— Что?.. — я не сразу понял, о чем она. — А, я назвал тебя Катей. Там, откуда я…

— Больше не называй меня так. — Катерина отвернулась и ускорила шаг, углубляясь в лес.

Мы с гармом переглянулись и поспешили за ней.

Пылающий храм паладинов остался далеко позади, за одним из многочисленных высоких холмов. Сколько мы уже прошли? Не знаю. Долго. С тех пор, как мы покинули подземелье, минуло не меньше четырех земных часов. Могу ошибаться, но если только в большую сторону. Ноги уже давно гудели от усталости, тело постепенно наливалось слабостью. Но останавливаться нельзя — нас могут выследить и догнать.

Моя спутница сосредоточенно молчала. Всем своим видом она демонстрировала, что не намерена говорить. Почему? Если бы я знал. Но, несмотря на множество вопросов, я и сам не хотел сейчас разговаривать. Перед глазами все еще стоял образ искалеченного Отто. Кто-то подобный ему заточен в каждом Страже. Наверное, даже в Алом. Если так, значит, его тоже можно убить.

А если нет? Я взглянул на Катерину — губы поджаты, взгляд затуманен, брови строго сведены. В мою сторону даже не смотрит. Она что, сердится? Вот же не было печали…

Вопреки миниатюрности и внешней хрупкости, девушка упрямо шла вперед, пробираясь по лесу. Я думал, что путешествовать с ней окажется проблемно, но теперь сам едва успевал за ее быстрыми шагами. Двигалась она настолько уверенно, что не возникало ни малейших сомнений — Катерина знает, куда идет.

Но я все же решил перестраховаться.

— Куда мы сейчас?

Катерина посмотрела на меня и несколько раз моргнула. Ее взгляд немного прояснился, морщинки на лбу разгладились.

— Рокшир, — произнесла она. — Мне надо в Рокшир.