Лаки бросил на нее уничтожающий взгляд.

— Как бы не так! Ты не женщина, ты дьявол. Ты стреляла в меня, я чуть не умер. Ты за это заплатишь. Если бы я хотел, то позволил бы Джею прикончить тебя, но просто убить — это слишком легкая смерть.

— Отлично! — с вызовом бросила Мэг. — Тогда готовьте обед сами. — Она плюхнулась на расшатанный стул и демонстративно фыркнула.

Лаки сердито заворчал и залепил ей пощечину. Голова ее запрокинулась, глаза наполнились слезами, но Мэг сдержалась.

— Так-то лучше, — проговорил Лаки. — К тому времени, когда я с тобой покончу, ты пожалеешь, что ранила Лаки Колдера.

Мэг в этом нисколечко не сомневалась. Но у нее имелось кое-что в запасе, если только она сумеет этим воспользоваться. У нее был маленький револьвер, спрятанный в потайном кармане жилета. Она не рассталась с ним, когда остальные пассажиры дилижанса побросали оружие на землю по приказу Джея.

— Подними свою задницу со стула и приготовь поесть, — потребовал Лаки, — если не хочешь еще получить по физиономии.

Мэг решила больше не злить Лаки. Ей нужно беречь силы для ночи, а постоянные оплеухи их не прибавят. Неловко поднявшись, она вывалила мясо из консервной банки на сковородку и поставила ее на огонь. Потом порезала лук и картошку, не потрудившись почистить их, и добавила к мясу. Пока это блюдо готовилось, Мэг замесила тесто для лепешек. Хотя ее руки были связаны, она все же ухитрялась держать ложку.

— Вкусно пахнет, — принюхался возвратившийся в хижину Джей. — Наконец-то от этой дряни хоть какая-то польза.

— И не только в этом, — намекнул Лаки. — Если она выживет после того, как я развлекусь с ней ночью, она твоя.

Джей выругался.

— Я к этой гадине не притронусь. Прикончи ее, когда наиграешься. На твоем месте я бы не стал тратить на нее пулю, а просто свернул бы ей шею. Еда готова?

Мэг нашла тряпку, сняла сковородку и лепешки с огня и поставила на стол перед Колдерами. Джей достал пару щербатых тарелок и погнутых ложек и бросил их на стол.

— А мне что, не полагается? — с бравадой спросила Мэг, хотя на душе у нее было тоскливо.

— Покойникам еда ни к чему, — ухмыльнулся Джей, шумно жуя.

Лаки нахмурился;

— Я хочу, чтобы у нее хватило сил сопротивляться мне. Нет никакого интереса возиться с дохлятиной. Она может доесть остатки.

Того, что осталось от трапезы, не хватило даже заморить червячка, но это все же лучше, чем ничего. Мэг ела, не спуская глаз со своих похитителей.

— Я уберу посуду, — проговорила она, надеясь отсрочить неизбежное.

Во взгляде Лаки злоба смешалась с похотью.

— Оставь.

Мэг подняла на него глаза. Ее время вышло, а она еще не готова принять свою судьбу. Изнасилование всегда страшило ее, и одному Богу известно, какие зверства готовит ей Лаки.

— Я сторожу первым, — поднимаясь, сказал Джей. — Береги свои «причиндалы» и держи оружие подальше от нее.

— Не волнуйся, Джей. Чтобы баба взяла надо мной верх? Ха! Джей подбросил в огонь два толстых полена.

— Позови меня, если понадобится. Я буду рядом.

— Мне никто не понадобится, — пробормотал Лаки, когда Джей покинул хижину. Его блестящие глаза остановились а Мэг. — Я хочу видеть тебя голой.

— Я не могу раздеться, — сказала Мэг. — Ты что, забыл? меня руки связаны.

— Они и останутся связанными. Я тебе и ноги свяжу, как только стащу с тебя штаны. Женщины должны носить юбки, — цинично улыбаясь, заявил он.

Лаки решил, что без оружия ему не справиться с Мэг. Он вытащил револьвер и прицелился ей в живот.

— Не шевелись. Я расстегну тебе ремень и брюки.

Одной рукой Лаки расстегнул ремень и отбросил его. Потом с руганью принялся за неподдающиеся пуговицы. Когда наконец открылась молочная белизна ее тела, он восхищенно присвистнул и подтолкнул ее к койке. Мэг споткнулась, потом упала спиной на жесткую поверхность. Лаки отшвырнул револьвер и бросился на нее.

Мэг не хватало воздуха, в голове ни единой мысли. Это не должно повториться. С тех пор как Эрол жестоко изнасиловал ее, прошло пять лет. Она никогда не забудет, что тогда пережила. Ей хотелось умереть. Уйти в себя, исчезнуть в иных мирах, пока Лаки будет мучить ее.

Потом в закоулках ее ума всплыла мысль, что теперь она не та беспомощная шестнадцатилетняя девочка, что она кое-чему научилась, долгие годы оттачивая навыки выживания.

Мэг чуть не стошнило, когда Лаки поцеловал ее, глубоко засунув язык ей в рот. Она укусила его за язык, Лаки, к ее удовлетворению, взвыл от боли и с размаху ударил ее по щеке.