Аврора пожала плечами.

— Не вру. Незнакома. Ни под какой личиной, хм. Я всего лишь странник с опытом. В смысле — путешественник. Говорю ведь — расскажи! Я из… заморских краев, не слышала ваших легенд местных.

— Странник сеет смуту. Если он до вас не добрался — вам повезло, — сказал Фаррел, сгребая в Аврорину сумку бумаги. — В первую очередь мне нужен похищенный им золотой далекозор, но вряд ли Странник его здесь оставил.

Фаррел взъерошил черные волосы на затылке через повязку с мрачным отчаянием.

Далекозор. Аврора хлопнула глазами. Подобрала с пола трубу — одно стеклышко из него, как мы помним, выпало и рассыпалось в золотистый прах, на корпусе еле заметная широкая вмятина от встречи с черепом Фаррела, а в остальном — артефакт артефактом.

Ей даже удалось испытать нечто вроде благоговения.

— Этот?

На лице Фаррела сверкнуло облегчение вперемешку с радостью, он тут же отобрал трубу и торопливо завертел в руках, разглядывая. И тут же взорвался ужасом:

— Где стекло?!

— Вот… — ткнула Ро в золотую трескучую пыль на полу, поблескивающую из-под бумаг.

— Что ты наделала?! Это же королевский артефакт!

— Это не я, а ты кости такие крепкие нарасти…

Что-то где-то взорвалось. И корабль ухнул всем корпусом, треща, заходил ходуном.

— Олухи.

Фаррел присел и начал сгребать в сумку оставшиеся бумаги с пола, пачками, неаккуратно и без должного прилежания. Зато быстро. Встал, оглянулся вокруг, цокнул и сунул следом и несчастную трубу. Сумку закинул на плечо, направился к выходу быстрым шагом.

— Ты… куда?

Ро хваталась за стену, испуганно вдыхая подползающий аромат пожара.

— «Аузония» сейчас взлетит на воздух. Приятно было познакомиться, Аврора Бореалис.

«Аузония»?.. Это… тоже «Аузония»?..

— Стой! Ты что же, бросишь меня здесь?!

— Да, конечно.

И Фаррел захлопнул за собой дверь.

В неизвестном море, в неизвестном пространстве и времени, предвечерний час.

Ро расхохоталась. Возможно, от нервов. А, может, потому, что «его светлость» Фаррел при всем своем желании не мог прозвучать грознее Агоры или Соции в ударе, при всем желании не мог быть опаснее «долины смертной тени», которую она исходила под ударами пикси вдоль и поперек, уже исследовав все входы и выходы.

Парадокс, что именно людям с хроническими страхами присуще особое безрассудство.

«Аузония» сейчас взорвется? Конечно, она последует за Фаррелом, куда бы ни потребовалось!

Девушка схватила рюкзак, выдернула из-под перевернутой кровати шляпу, нахлобучила на голову и бросила последний взгляд на каюту Странника. Если теория про перемещение верна, то любая деталь может таить подсказку о том, как этот некто смог сбежать посреди моря сквозь пространство.

Не то, чтоб она хотела вернуться... Ей, в принципе, все равно. В Тирренском море или на Лампедузе она так же далека от собственной норки, как здесь. Причем и удалилась от нее сознательно. Нет, возвращаться бессмысленно. Проще поплыть с течением и открыть новый мир, вырыть новую норку. Чтобы однажды снова ее покинуть. В рамках профилактики.

Это как болезнь Паркинсона: хочешь остановиться, но уже никак невозможно.

Все в порядке.

А вот загадка будет щекотать желудок. И если местная «Аузония» взорвется, она никогда не узнает ответа. Что же делать?

Ро закусила губу, нагнулась за конвертами, что выпали из сумки Фаррела. Дознаватель из него тот еще — пару улик уже прошляпил! На отправителе значилось «Рассвет», на получателе — «мыс Несломленной Веры, восемь утра». Странно как. И рассвет, заря — скажите, пожалуйста. Выудила из подставки чудом уцелевшую малюсенькую пробирку с ярко-синей жидкостью, вроде голубого кюрасао, но вряд ли такого же назначения. Сунула в карман свитера, щелкнула застежкой-молнией — чтоб не потерять.

«Аузонию» сотряс новый взрыв. Ро упала на колени, рюкзак больно дернул под мышками, шляпа слетела в небытие. Вместе с парой балок потолка. Аврора сунула конверты во второй карман свитера Нелло, тоже под замок, вскочила и помчалась к двери.

Не время для улик и загадок, да пусть они горят синим пламенем! Толкнула дверь, только та оказалась заперта. Что?.. Фаррел запер?.. Как?.. Зачем?.. Неужели... Аврора продолжала биться о дверь, прячась от ломающихся досок, пока не вспомнила, что дверь открывалась внутрь. И на первом же прыжке споткнулась и упала на нечто мягкое и теплое. Вытащенный пиратами труп. Нелло. Йорген. Глаза у него закатились — одни белки, никто и закрыть веки не догадался. Девушку передернуло, она подпрыгнула, поскользнулась, удержалась за трещащие стены... Куда? Где выход?