Шрифт:
Знакомые спрашивали и удивлялись, почему Алексей с Громом больше не участвуют в соревнованиях.
– Времени нет, работы много, – говорил Алексей, разводя руками, и добавлял с улыбкой: – Женился я…
Вместо поздравлений у знакомых вырывалось:
– Как жаль! Такой отличный пес! Эх, сколько бы еще призов забрали…
Но интересы Алексея сместились в сторону молодой жены, а потому на загородных трассах их с Громом видели все реже и реже…
Кристину тяготило постоянное присутствие дома большого мохнатого пса. По полу катался пух, запах псины не выветривался, хотя Алексей по ее настоянию купал Грома строго раз в неделю.
Придя с прогулки, собака шлепала в ванную через прихожую грязными лапами, Кристина бросала все дела и ползала с тряпкой, подтирая следы.
– Кристиночка, я сам все вытру, – говорил Алексей.
– Как ты вытираешь, меня не устраивает, только грязь размажешь!
И она с тряпкой в руках перемещалась в ванную, где после помывки лап оставались грязные следы на краю ванны, да и на полу – болото.
Еще одно болото ожидало ее на кухне, где Гром активно булькал воду из миски. А если у пса на ужин была каша… то каша была и на полу, и на стене, и даже до холодильника долетала.
И так – каждый день! Два раза в день – утром и вечером…
А еще Гром выл. Иногда, когда в форточку залетал свежий морозный воздух, скучающий в четырех стенах пес закрывал глаза и представлял белоснежную трассу, и встречный ветер, и снежинки, и хозяина за спиной. Ну как тут не завоешь?
Кристина сердито шикала на Грома и думала примерно то же самое: «Ну как тут не завоешь?!»
Потому что нужно очень любить собак, чтобы такая перспектива на ближайшие лет десять не сводила с ума. Кристина собак не любила…
Покупателя Алексей искал среди людей, занимающихся спортом с собаками. В этих кругах Грома знали – победитель множества состязаний вызвал интерес многих, желающих приобрести опытную, рабочую собаку.
И вновь Гром с хозяином ехали за город. Сердце собаки наполнял восторг, он даже поскуливал от нетерпения – неужели сейчас он вновь побежит?!
Алексей вел машину и слушал поскуливание Грома на заднем сиденье. Все больше накатывало ощущение нереальности происходящего: «Неужели я еду продавать свою собаку?»
В какой-то момент он даже остановился с твердым намерением развернуться. Но мысли летели быстрей машины: Алексей представил, как вернется домой с Громом, а там Кристина с красными глазами и носом, с кучей носовых платков повсюду.
Аллергия… И откуда она вдруг взялась? Ведь не было же… Но здоровье жены на первом месте, тем более сейчас, в ее положении…
У нового хозяина Грома уже было несколько собак, бегавших в упряжке. На последних соревнованиях один пес серьезно повредил лапу, и предполагалось, что Гром заменит выбывшего.
Но люди не учли двух вещей: Гром не умел ходить в упряжке и не умел жить без Алексея. Попав в вольер с другими собаками, он улегся в дальний угол и грозно рычал на любого, кто пытался приблизиться.
Собаки быстро поняли, что этот матерый пес – одиночка, и отстали. А человек никак не отставал, изо дня в день он ставил Грома на место заболевшего пса, но упряжка так и не трогалась.
Гром стоял как вкопанный, да еще и рычал на рядом стоящих собак, пытавшихся начать движение по команде хозяина. Вместо этого начиналась неразбериха, пару раз случались драки, грозившие вывести из строя еще кого-нибудь.
Приближалось время следующих соревнований, нужно было что-то делать. Хозяин решил сменить тактику. Он привез собак на тренировку на ту трассу, где Гром бегал с Алексеем, в надежде, что пес побежит по привычным местам.
И он побежал! Рванул прямо из дверей фургона, сбив с ног человека и оставляя позади исступленный лай других собак…
Никогда еще Гром не бегал так быстро, никогда еще так не ликовало его сердце, стучавшее сейчас где-то в горле. Именно здесь, да-да, где-то здесь он в последний раз видел Алексея и наверняка они вот-вот встретятся!
Гром бегал по трассе несколько часов, даже возвращался к фургону, на котором его привезли, но близко не подходил. Ему совсем не нужен был тот новый человек со своими собаками, он искал Алексея…
Зимний день быстро угасал. Отчаявшись найти Грома, человек грузил в фургон собак, упряжь и нарты. Его не покидало ощущение, что за ним наблюдают. Оглянувшись еще раз и никого не увидев в наступивших сумерках, он сел в кабину и завел машину.