Кстати, да — ректор. Мужчина на вид лет сорока пяти в сером костюме с аккуратной причёской соломенного цвета. Я думал он постарше выглядеть будет. Всмотрелся в его душу.

Мощь!

Не, моя душа поплотнее будет, но настолько плотных душ у других людей я ещё не видел. Там явно, все пять колодцев пробуждено. Не удивительно, что он занимает такую должность.

Покрутил головой дальше.

Души абитуриентов совсем не интересные. А вот, эта опоздавшая группа, что подходит со стороны ворот… странная. Вернее, души у них странные.

Они дрожат. Причём, у всех. Я подобное наблюдал только у тех, кто вот-вот «испустит дух», то есть, перед смертью. Но эти-то не умирают! А бодренько шагают в нашу сторону.

— Ура-а-а!!! — Со всех сторон внезапно заорали сотни глоток. И я аж вздрогнул от неожиданности.

Ага, это ректор там какую-то мощную «речуху» толкал. Причем, ораторство у него прокачано явно не слабо.

Стоит с поднятым кулаком вверх, а возбуждённые абитуриенты заорали во второй раз:

— Ура-а-а!

В миг, одновременно с ором, в мою спину, будто мешком прилетело. От задницы до самой макушки меня облизал жар.

А громкий взрыв оставил после себя звон в ушах…

Я сделал шаг вперёд, как и стоящая рядом со мной принцесса.

Это, блин, что такое было, вообще?!

Повернул голову назад, и в глазах тут же запечатались оторванные куски тел. И сопровождающих Марьи и… тех странных «опоздунов».

На моих глазах один из этих «опоздунов» прыгнул вперёд, на магический щит гвардейца, и всё потонуло во вспышке света, а меня снова обдало жаром.

Это что, самоподрыв, что ли?

Я не увидел в духовном зрении, чтобы «опоздун» использовал нити душ. То есть это не магия.

Поучается, это какая-то бомба взорвалась?

В голове тут же мелькнул образ бомбистов начала двадцатого века. Так называемый, «русский террор». Но эти ещё и шахиды какие-то. Не просто бомбами швыряются, а ещё, и сами подрываются.

Проморгавшись, я как раз увидел, что осталось от гвардейца с магическим щитом и ещё от троих по бокам — они точно не жильцы, такие изломанные куклы не живут. А вот, от бомбиста только ноги и остались…

Со всех сторон послышались визги, и народ начал разбегаться в стороны, а прямо передо мной выскочил ещё один бомбист.

Вот, чёрт! Сильный, «трёхколодезный». Убить не смогу. Да даже магию не смогу развеять, они ею не пользуются!

Называется, хотел не выделяться… В первый же, мать его, день, на меня совершили покушение! И ни где-нибудь, а в академии. Блин, я ещё и рядом с принцессой стою!

Она непроизвольно схватила меня за руку, а её глаза распахнулись от ужаса.

В голове промелькнуло — «надо спасать принцессу». Мне-то пофиг, меня заново соберут, мы это всё уже обговорили с отцом. А вот, Марью может убить не понарошку, как меня — а, на самом деле.

Слева раздался взрыв, снося нафиг Ебл… Евлантия, или как его там, и мы с принцессой остались один на один с террористом.

Я тут же задвинул принцессу за себя и крикнул ей:

— Щит!

Вот только, террорист прошмыгнул слева от меня, подбираясь к Марье.

Что!? Так это покушение не на меня, а на принцессу!?

Ничего не понимаю…

Рывком убрал Марью за себя и…

В миг утонул в свете взрыва.

Странно… гул из ушей пропал полностью. Просто чернота и тишина.

Миг, и моя душа вынырнула в ветер из нитей.

Умер, получается.

Э, нет!!!

Развернулся, нашёл быстро тускнеющее место для души в центре груди и вернулся обратно в своё тело.

Открыв глаза тут же повернул голову налево.

Принцесса, которую я закрыл своим телом, лежала на боку изломанной куклой и тяжело дышала.

Жива. Вот только, душа трясётся в груди. Она при смерти…

Попытался привстать, оперевшись на правую руку, но провалился вниз на асфальт.

А, понял. Мне правую руку по локоть оторвало. Да и вообще… Мою грудь разворотило так, что сердце не то, что не бьётся, от него толком ничего и не осталось…

Получается, я в совсем уже мёртвом теле нахожусь. Сердце не бьётся, кровь по жилам не течёт. Я сейчас… натуральный зомби. Клубок моей души стремится покинуть мёртвое тело, но своей силой воли я просто не даю ему это сделать.

Оперевшись на левую руку, я, всё-таки, приподнялся и осмотрелся по сторонам.

Все мертвы или при смерти, либо, ранены. Все пятьдесят человек сопровождения принцессы. На ногах нет никого. Террористов тоже нет в живых. Ну, это и понятно… От них, вообще, мало что осталось…