— Извини, просто у меня такая манера говорить, — и похлопала глазками.

— А? — я все же взял себя в руки, попался как прыщавый мальчишка.

А хороша же, чертовка!

— Ну так, чего хотела? Пристать или познакомится? А то ведь знаешь, я человек занятой, дел по горло, решил я гнуть ту же линию, — ее улыбка стала еще шире.

— Я лишь хотела спросить. Как тебе Москва?

— А что Москва? Большой город, люди злые, не нравится мне это место! — поломанная конечность постоянно напоминала о себе, ноющей болью и я решил присесть.

«Интересный вопрос она задала, неужели они знают про мои походы в недалекое прошлое? Разве это возможно отследить? Фактически, моего тела там не было! Смоленков, чтоб попасть ему на самую горячую адскую сковородку, его руками все сделал».

— Тебе знаком капитан милиции Смоленков? — словно прочтя мои мысли, произнесла Вера.

— Кто? — стараясь не выдать своего волнения, я посмотрел ей прямо в глаза, хитрющие такие, умные.

— Капитан! Да еще милиции! Так сейчас же, вроде полиция? Не знаю такого! — сделав вид, что подумал, соврал я.

Вера с улыбкой кивнула и продолжила:

— Он погиб около двадцати лет назад. Ничем особо не выдающийся участковый, жалкий, трусливый, к тому же взяточник. В день своей смерти, он вел себя довольно странно. Возможно, ты слышал или читал, про нападение на грузинский ресторан в Москве?

На что я, отрицательно помотал головой.

— Так вот, в том заведении, погибло почти два десятка человек, в основном это представители, грузинской диаспоры, но среди тел нападавших, были особо опасные террористы! Труп Смоленкова, нашелся там же. То, что он принимал участие в перестрелке, не вызывает сомнений. В тот день, наш участковый убил троих в ресторане и один труп нашелся в лесопарковой зоне, он тоже был убит, из табельного оружия Смоленкова.

— Очень интересная история. Спасибо за то, что ты мне ее рассказала. Но все равно непонятно, причем тут я? — Вера, какое-то время смотрела на меня, видимо что-то решая для себя. А затем, произнесла.

— Мы знаем, что ты, Роман Хабибулин, был там, в 1998 году, и принимал непосредственное участие в судьбе Смоленкова. Но не одна видеокамера, того времени, не запечатлела, твоего изображения. Есть только свихнувшийся капитан милиции… Но зато, зафиксирован твой проход, через карман!

Тут я сделал, непонимающее лицо. Вера же, увидев это, пояснила:

— Ангар, с арками! Ты дважды прошел через портал, настроенный на 11 сентября 1998 года, но ни разу не вышел из него! Наши специалисты рвут на себе волосы, пытаясь понять, как ты сделал невозможное? Я сама проходила сквозь порталы сотни раз, и всегда возвращалась, через тот же, в который входила. Единственное объяснение, ты способен становится невидимым!? Ты ведь как-то повлиял на Смоленкова?! Заставив проделать вещи несвойственные ему. Ты, Рома, завалил операцию, которую мы тщательно планировали, в течении трех месяцев, продумывали, просчитывали, какие последствия появятся, если теракты не произойдут. А ты просто пришел, и рубанул топором! Все наши труды насмарку, — за все время своего монолога, она не сводила с меня укоризненного взгляда.

— Хорошо Вера, давай поговорим серьезно. Возможно, я там был. Но сначала расскажи мне, кто такие, «МЫ», какую организацию ты представляешь, или лучше скажи какую державу? И почему на разговор ко мне пришла женщина?

— Начну с последнего вопроса, — с улыбкой произнесла Вера. — Ты сам для этого постарался. Забыл, как прошлой ночью, избил двух наших сотрудников? Психологи решили, что с женщиной ты будешь вести себя намного мягче. Ты ведь ничего не имеешь против слабого пола? — задав вопрос, она с деланной серьезностью посмотрела мне в глаза.

Дождавшись ответа, в виде энергичного мотания головой, Вера продолжила:

— Я уже более восьми лет работаю на организацию, которая представляет интересы России. А до этого, так же, как и ты, была подвергнута облучению коротким импульсом ЭМИ. Не напрягайся…

Видя мои расширенные глаза, практически шепотом пояснила она:

— Это электромагнитное излучение, а не радиоактивное! Любой человек, который пользуется благами цивилизации подвергается воздействию ЭМИ, кто больше, кто меньше. Тот прибор, которым пользуются наши, как ты их назвал ботаники, отличается очень коротким и мощным импульсом. В момент облучения…

Вера немного сдвинулась ко мне. Я почувствовал запах ее духов, не сладкие с легкой горчинкой и привкусом цитруса, мне определенно понравился ее парфюм.

— … Ты должен был почувствовать противный писк, именно почувствовать, потому что он звучит в голове и доводит до тошноты. Было такое? — она вопросительно заглянула ко мне в глаза.

Я же просто кивнул, вспоминая события того дня. Жил себе как все, работа-дом, а тут все перевернулось с ног на голову — стрельба, погони, убийства. Что не говори, но в последние дни, скучать не приходилось. Жизнь круто изменилась, и похоже возврата назад нет.