Кстати, о последних, мне же пора! В конторе отчеты ждут.

Благодаря вселению в Алексеенко, я узнал все об этой команде, в первую же минуту. А вот что изложить в отчете, решать только мне. Прикрыв глаза, и поудобнее устроившись на сидении, я заглянул в «камеру», поспит еще какое-то время, надо бы его освободить, вдруг сам не сможет!

Ну что ж, все дела закончены. Теперь дом, милый дом…

Что бы попасть в Москву на месяц вперед, необходимо вернуться в карман. Так было раньше, теперь же, я могу вернуться, минуя точку «б». Немного боли, и ты на месте, вполне терпимо.

Представил кабинет Набиулина, и вуаля — пропал шум мотора, исчезли запахи душного салона, болезненные ощущения были уже не такими сильными. Начинаю привыкать? Или это адаптация самой системы? Несколько мгновений в вакууме. Хлоп… Полковник влепился в меня ошарашенными глазами.

— Ты что творишь, лейтенант? — начал было он неуверенную атаку, глядя то на меня, то на часы. — Кто санкционировал все эти перезаходы? — продолжал полковник.

— А кто так портал настраивает? — пошел я в наступление. — В первую же секунду по морде, затем здоровенным ботинком по печени! Как вам такой переход? Мне просто пришлось проявить инициативу!

Набиулин в кабинете был не один. Гений с внешностью безумца, Кречетов, смотрел на меня с академическим восхищением и обожанием, от подобного взгляда мне стало не по себе.

— Шесть минут двадцать три секунды! Ровно столько вас не было, — произнес он. — За это время, вы совершили три перехода! А с крайнего вернулись, не заходя в портал!

— От звонков начальства, все телефоны уже красные! — внес свою лепту полковник. — Так что ждем гостей. Ну и каковы же результаты? Очень хочется знать, за что получать по шапке от начальства!

— Я знаю где их искать, все необходимое изложу в отчете!

— Неужели все так просто! — воскликнул Набиулин. — Несколько десятков профессиональных сыщиков, копают уже месяц, и не добились результатов! А вы за несколько минут раскрыли дело!?

— О, поверьте мне товарищ полковник, это было не просто. После всех этих вселений, мне очень хочется сходить в душ, или лучше в баню! Но боюсь, что это не поможет.

Меня слегка передернуло, когда вспомнил тренера по фитнесу. Профессор же с полковником, удивленно переглянулись. Я все-таки взял себя в руки и уселся на ближайшее кресло.

— Вы вселились в одного из грабителей? — спросил Андрей Юрьевич и подсел на соседнее кресло, привычно закинув ногу на ногу.

— Первая попытка была неудачной, попал в мелкого клерка, тезку. Когда меня грубо уложили на пол, стало понятно, что это провал, даже голову поднять не дали, я мог только слушать. Сами понимаете, толку от этого мало. Пришлось делать перезаход.

Кречетова прямо потряхивало, от научного возбуждения.

— Не обращайте внимания, молодой человек, — проговорил он, заметив мой взгляд. — Просто вы очень обыденно рассказываете о невероятных вещах. Откуда вам известно значение рун и порядок их построения? Наши специалисты по древним языкам, бились над расшифровкой не один месяц!

— Руны знаю. Но откуда? Не знаю! — скаламбурил я, все еще находясь в легком возбуждении, от проделанной работы.

— Полный отчет по операции, — высказался Набиулин, сверля меня негодующим взглядом. — Через час он должен быть у меня на столе!

— Так точно, товарищ полковник! — отчеканил я, не вставая с кресла, уже смиряясь с нудным часом.

Профессор же, тем временем, не отставал.

— Как вы воспринимаете чужую память? Поймите… — он посмотрел умоляющим взглядом, — Для меня это, просто не паханое поле, огромный научный интерес!

— Как-как… — в задумчивости я потер челюсть, фантомная боль все еще присутствовала, — Информация начинает поступать в первые же секунды, как только я осознаю себя в чужом теле. Не проходит и минуты, а мне известно об этом человеке все, что знает он сам и даже то, что забыл или видел краешком глаза, но выбросил из памяти за ненадобностью. Все это в моем представлении, разложено по папочкам, которые стоят на полочках. Надо лишь открыть и посмотреть.

Взгляд ученого стал еще безумнее, хотя, казалось бы, куда больше-то? Встретишь такого на улице, и будешь оглядываться поминутно.

— Мне все же не понятно, — не унимался ученый. — Чужие воспоминания, не перемешиваются с вашими?

— Знаете, в первый раз, я не понял, что произошло. Но адаптировался быстро! То есть, моя и чужая память по умолчанию раздельно, мне известно какие поступки совершал я, а какие мой носитель!

— Вот как вы их называете, встрял в разговор Набиулин. — Носитель! Тогда вы получается паразит? — и криво ухмыльнулся при этих словах.

— Возможно, вы правы, и я самый настоящий паразит! Но с недавних пор, мне ежемесячно платят за это! Причем, весьма неплохо! И кто же мне платит? — я вопросительно уставился на начальника, у него, почему-то, стали раздуваться ноздри, наверное, сейчас что-то будет.